— Бабушка, а почему у мамы на шее всегда висит этот странный колокольчик? — маленькая девочка с двумя тугими косичками дергает за рукав пожилую женщину в кресле.
— Это не колокольчик, Ульяша, это пятачок на счастье, — улыбается та, поглаживая внучку по голове. — Чтобы свет в душе не терялся никогда…
Певица Марина Девятова ворвалась в наши дома не тихим ручейком, а полноводной, шумной рекой. Казалось, эта румяная, статная девушка с косой до пояса просто вышла из русской сказки, чтобы напомнить нам, кто мы есть.
Но за этой былинной, почти лубочной картинкой скрывается путь, вымощенный не цветами, а битым стеклом чужих ожиданий и собственным ледяным отчаянием.
Детство, расколотое надвое
Вообразите пятилетнюю кроху, которая стоит в коридоре старой московской квартиры и слышит, как чемоданы отца гулко стучат по паркету. Для Марины, родившейся 13 декабря 1983 года, этот звук стал точкой отсчета. Ее отец, блестящий тенор Владимир Девятов, и мама-хореограф Наталья Ляхова были слишком яркими звездами, чтобы ужиться на одном небосклоне.
— Я помню этот холод, — признавалась позже певица. — Мама осталась одна с двумя детьми. Катька, я и бесконечные пельмени, которые мы лепили по ночам, потому что днем она вела танцы..
Музыка в доме не смолкала, но теперь она звучала не как праздник, а как напоминание о потерянном рае. Марина, мечтавшая втайне о строгом кабинете прокурора и расследовании преступлений, вдруг оказалась на сцене. Отец, вернувшийся в жизнь дочерей спустя годы, был категоричен:
— Юристов много, а русская песня умирает. Пой, Маринка!
И она подчинилась. Гнесинское училище, затем музыкальный колледж имени Шнитке. А потом был дерзкий, почти хулиганский ансамбль «Индрик-Зверь», где народные распевки мешали с тяжелым роком.
Ангел в белом халате
В восемнадцать лет, когда однокурсницы красили губы ядовито-бордовой помадой и бегали на дискотеки, Марина впервые влюбилась. Ее избранник Максим был врачом-онкологом. Статный, мудрый, старше на двенадцать лет. Их встреча в гулком вестибюле метро, начатая с вопроса о редкой книге по медицине, казалась даром небес.
Они прожили вместе полгода. Счастье было плотным, осязаемым, пахнущим больничной стерильностью и дорогим парфюмом. А потом пришла большая беда…
— У него нашли опухоль, — голос Марины в том давнем интервью дрожал, хотя прошло уже много лет. — Я помню этот кафель в НИИ нейрохирургии. Он был серым, как небо в ноябре.
Девятова не отходила от постели любимого. Она пропускала репетиции, отменяла концерты, ночами спала на казенном стуле. Она кормила его с ложки, когда он перестал чувствовать руки. Все было тщетно. Максим сгорел за несколько месяцев.
В день, когда его не стало, Марина должна была лететь в отпуск с подругой — дешевый чартер в Египет, просто чтобы отключиться. Но утром в день вылета она проснулась от липкого, животного ужаса. Ей физически показалось, что Максим стоит в углу комнаты. И просить никуда не лететь…
— Я подчинилась и не полетела, — рассказывала она мне много позже, глядя в окно своего загородного дома. — Сказала подруге, что заболела. А вечером в новостях передали: самолет тот разбился. Упал в море. Я до сих пор уверена, что он просто не пустил меня на борт. Забрал к себе, но передумал в последнюю секунду.
Пять лет фальшивых нот
После такой потери душа покрывается инеем. Но Марина пыталась отогреться. На ее жизненном пути появился Николай Демидов — музыкант, красавец, человек-праздник. Пять лет они играли в семью.
— Мы были как два актера в дешевом сериале, — с горькой усмешкой бросила она как-то за кулисами. — Он хотел славы через меня, я хотела покоя рядом с ним. Мы давали друг другу совершенно разные вещи.
Их расставание гремело на страницах бульварных газет. Взаимные упреки, дележка песен, публичное полоскание грязного белья. Марина вынесла главный урок: любовь не терпит телекамер.
Был в ее жизненной череде и странный, почти мистический эпизод с фигуристом Евгением Плющенко. Девятова в порыве откровенности призналась в глубокой симпатии к нему, переживала за его колено перед Олимпиадой. Называла Женю «мужчиной своей мечты». Но Плющенко, уже окольцованный продюсерской волей Яны Рудковской, сделал каменное лицо:
— Я не знаю эту певицу. Мы не знакомы.
Марина тогда впервые столкнулась с тем, как легко стирается человек, если он неудобен картинке…
Дом, построенный заново
С Алексеем Пигуренко, успешным предпринимателем, они познакомились еще в 2008 году. Тогда не сложилось — каждый был в своих отношениях. Судьба столкнула их лбами снова в 2011-м.
Три года они пытались построить мост над пропастью. Уставали, ссорились, разъезжались. Точку поставил уход из жизни отчима Марины…
Алексей тогда просто привез ей домой горячий суп в пластиковом контейнере. Он не говорил пафосных слов. Он просто сидел на кухне, пока она молча плакала над тарелкой. В этой бытовой, тихой заботе они вдруг увидели друг друга настоящими.
В 2016 году они тихо расписались в ЗАГСе. На невесте не было кринолинов — обычное платье. А в феврале 2017-го на свет появилась Ульяна.
«Когда мне первый раз положили ее на грудь, я поняла, что все мои «Народные артисты», все премии — это просто шум», — говорит Марина.
Испытание сыном
*
В 2022 году, когда певице было 38 лет, она решилась на второго ребенка. Рождение сына Александра едва не стоило ей жизни. Тяжелые, затяжные роды, резкий скачок давления, обморок прямо в палате.
— Я лежала и смотрела в белый потолок, — делилась она в эфире программы «Секрет на миллион» в декабре 2024 года. — И думала: вот он, мой Сашка, спит… А я, кажется, сейчас просто не встану.
Алексей тогда взял на себя всё. Марина боролась с послеродовой депрессией, паническими атаками и лишними двадцатью килограммами, которые пресса тут же принялась обсуждать с жестоким упоением.
— Мы в кризисе живем. У нас такой жанр, — с иронией прокомментировал тогда Алексей их быт.
Из-за дикого недосыпа они какое-то время спали в разных спальнях. Не потому, что разлюбили, а потому что нужно было дежурить у детской кроватки и хотя бы кому-то высыпаться. Они ходят к семейному психологу, не считая это позором.
Тишина за МКАДом
*
*
Сегодня Марине Девятовой 42 года. Если вы думаете, что она пропала — вы глубоко ошибаетесь. Она просто сменила прописку. Столичная квартира продана. Теперь их семейная крепость — большой, немного несуразный, но невероятно уютный дом в Подмосковье.
— Я раньше думала, что без Тверской и суши-баров под окном я умру, — смеется она. — А сейчас я готова убить за лишний час сна и тишину, в которой слышно, как шелестит береза за окном.
Ее график по-прежнему плотный. В 2025 году Марина колесила по Дальнему Востоку, собирая залы, где люди встают под «Виновата ли я». В 2026-м уже вышли свежие, очень лиричные синглы — «Пойду-выйду» и «Добрые слова». Она по-прежнему может отказаться от корпоратива за огромные деньги, если в этот день у Ульяны утренник в ансамбле «Россия».
Кстати, о детях. Ульяне сейчас восемь, и она уже примеряет мамины павловопосадские платки перед зеркалом. А четырехлетний Александр, по словам мамы, выдает такие рулады, что бабушка Наталья только ахает.
— Я не буду делать из них цирковых медведей, — твердо говорит Марина. — Захотят петь — помогу. Захотят стать программистами — куплю самый мощный компьютер. Мой отец когда-то продавал пылесосы, чтобы купить мне первое приличное платье для сцены. Я хочу быть для своих детей таким же фундаментом, а не тюремщиком.
Она стоит передо нами — без грамма косметики, в мягком домашнем свитере, с выбившейся русой прядью. В ней нет и капли той глянцевой, рекламной «русской красавицы» с плакатов. Есть просто очень сильная, очень мудрая и очень живая женщина, которая знает цену каждому рассвету…
