Татьяна Васильева никогда не пыталась казаться «милой девочкой» или благовоспитанной дамой со светскими манерами. Её называют самой непредсказуемой, дерзкой и пугающе честной актрисой нашего театра и кино. Она всегда жила наотмашь, дышала полной грудью и говорила правду — хлёсткую, неудобную, порой ранящую тех, кто оказывался рядом. Коллеги по цеху обходят её стороной, режиссёры побаиваются её крутого нрава, а миллионы зрителей любят за эту невероятную, почти обнажённую искренность. В её судьбе переплелись оглушительный успех, безумные романы, предательства и горькое одиночество женщины, которая привыкла всё везти на своих плечах.
Брак на плечах женщины и закулисные тайны
Мало кто помнит, что свою знаменитую фамилию Татьяна Ицыкович получила от первого мужа, статного красавца Анатолия Васильева (того самого интеллигентного Юрия Анатольевича из сериала «Сваты»). Это была безумная, захватывающая студенческая любовь. Юная Таня сама проявила инициативу: буквально завоевала сердце однокурсника, сама сделала ему предложение и сама свила их первое семейное гнездо. В этом союзе родился её первенец — сын Филипп.
Однако красивая сказка быстро разбилась о суровый театральный быт. Спустя десятилетия актриса признается: пока муж искал себя и ждал «тех самых» ролей, вся семья держалась исключительно на её хрупких плечах. Чтобы прокормить близких, Татьяна соглашалась на любую работу в родном Театре Сатиры. Главные роли сыпались на неё одна за другой, но цена этого успеха оказалась слишком высокой. Художественный руководитель Валентин Плучек, который был старше молодой актрисы почти на сорок лет, не скрывал своего восхищения.
«Да, я спала с ним, чтобы стать примой, — без тени смущения откровенничала позже Васильева в телеэфирах. — После спектаклей, когда труппа расходилась по домам, я шла в его кабинет. А Толик в это время послушно ждал меня на улице под окнами». Эта бытовая покорность мужа ранила её сильнее, чем сама необходимость уступать настойчивому режиссёру.
От мимолётных увлечений к громкому семейному фарсу
Сердце актрисы никогда не оставалось пустым — ей жизненно необходимо было чувствовать крылья за спиной. Во время репетиций легендарного «Обыкновенного чуда» она без памяти влюбилась в своего партнёра по сцене, обаятельного Михаила Державина. Это был красивый, лёгкий, но тайный роман.
Едва законная супруга Державина уезжала из Москвы, Татьяна собирала чемоданы и переезжала к нему. Они слушали пластинки с запрещённым джазом, ходили в гости к столичной элите, где Васильева, по собственному признанию, никогда бы не очутилась сама по себе. Роль «походной жены» её ничуть не обижала — она просто радовалась моменту.
Но вскоре декорации сменились, и на её пути появился статный Григорий Мартиросян. Он стал вторым официальным мужем актрисы и отцом её обожаемой дочери Елизаветы. Этот брак продлился тринадцать лет и напоминал непрекращающуюся корриду. Оба супруга обладали взрывными темпераментами и не хранили верность друг другу. Когда на одном из современных ток-шоу Татьяна буднично рассказала об их взаимных изменах, Мартиросян пришёл в ярость и публично назвал бывшую жену сумасшедшей. Но Васильева лишь пожала плечами: скрывать очевидное она считала выше своего достоинства.
Театральные интриги и сто грамм для храбрости
Девяностые годы принесли в жизнь актрисы новые испытания. Долгое время она блистала на подмостках Театра имени Маяковского, будучи его безоговорочной звездой. Поэтому её внезапный уход в 1992 году шокировал театральную Москву. Лишь спустя годы Васильева приоткрыла завесу тайны: ушла она не сама. За её спиной плелись изощрённые интриги, коллеги буквально выживали успешную соперницу из труппы, пока тихо и аккуратно не указали на дверь.
Впрочем, Театр Маяковского стал лишь первым в череде культурных заведений, откуда увольняли строптивую звезду. Всего таких вынужденных расставаний в её биографии было четыре. Официальная причина всегда звучала одинаково — нарушение железной театральной дисциплины. Актриса и здесь не стала юлить перед публикой, честно признавшись, что в те непростые годы её постоянным спутником стал алкоголь: перед выходом на сцену или после тяжёлого дня она регулярно выпивала по 100–150 граммов крепкого спиртного, чтобы снять жуткое напряжение.
Гастрольный скандал и сорванные маски в Израиле
Специфический характер актрисы порой приводил к настоящим международным скандалам. В 1993 году режиссёр Сергей Никоненко пригласил 46-летнюю Васильеву на небольшую роль в свою картину «Хочу в Америку». Лента имела успех, и создателей позвали на гастроли в Израиль с творческими встречами за весьма солидный гонорар. Никоненко взял с собой Татьяну, зная о её еврейских корнях.
Проблемы начались ещё на стадии оформления документов. Васильева вызвалась помочь и забрала паспорта режиссёра и его супруги, пообещав сделать визы за пару дней через влиятельных знакомых своего мужа Мартиросяна. В итоге время было упущено, обещание вылилось в пустые слова, и визы пришлось оформлять в спешном порядке через посольство.
Но настоящий шок ждал Никоненко за границей. Как вспоминал позже сам режиссёр, Татьяна ежедневно устраивала безобразные сцены принимающей стороне, обвиняя организаторов в скупости и буквально смешивая людей с грязью. Позже выяснилась и вовсе некрасивая деталь: забрав чужие документы, Васильева тайно звонила израильскому продюсеру и уговаривала его вычеркнуть Никоненко из программы: «Зачем вам он? Я сама проведу все встречи со зрителями, только заплатите его долю мне!».
Битвы титанов: разбитая дружба с Садальским и Шифрином
Долгие годы единственным человеком, который понимал Татьяну без слов, был актёр Станислав Садальский. Они вместе отдыхали, отмечали праздники и делились самым сокровенным. Но когда Садальский ушёл в блогосферу и начал зарабатывать на скандальных сплетнях о звёздах, кошка пробежала и между ними. Станислав неосторожно упрекнул подругу в том, что она слишком часто ходит по дешёвым телешоу, перемывая кости бывшей невестке, вместо того чтобы блистать в серьёзном кино.
Ответ Васильевой был молниеносным и безжалостным. Она назвала некогда близкого друга «нерукопожатным человеком», который променял свой большой актёрский талант на дешёвые интернет-сплетни. «Обо мне он может молоть что угодно, — отрезала Татьяна. — Но моих детей трогать не смеет. За свою семью я любого порву в клочья».
Похожая драма случилась и с другим её любимым партнёром — юмористом Ефимом Шифриным. Они вместе готовили антрепризный спектакль и планировали большой летний гастрольный тур. Однако прямо перед выездом Шифрин неожиданно уехал на одиночные заработки, оставив актрису без обещанной работы. Васильева горько сетовала на то, что друг попросту «кинул» её ради личной выгоды. К тому же её всегда раздражала излишняя ранимость Ефима на репетициях — любые рабочие замечания он воспринимал в штыки. Несмотря на обиду, сегодня Татьяна признаётся, что искренне жалеет о потере этой дружбы и до сих пор считает Шифрина потрясающим артистом.
Против течения: почему Васильева не пожалела Елену Проклову
Пожалуй, самым громким общественным скандалом последних лет стало выступление Елены Прокловой на шоу «Секрет на миллион», где та со слезами на глазах рассказала о домогательствах со стороны известного режиссёра, в котором вся страна без труда узнала Олега Табакова. В то время как большинство представительниц шоу-бизнеса бросились сочувствовать Прокловой, Татьяна Васильева заняла жесткую, идущую вразрез с общественным мнением позицию.
Она резко осудила коллегу за запоздалые откровения. По мнению Васильевой, в 15 лет девушка — это уже далеко не наивный ребёнок, и каждая актриса так или иначе проходит через пристальное внимание влиятельных мужчин на пути к славе. «Ничего страшного не произошло, не нужно делать из мухи слона, — заявила Татьяна. — Тем более когда речь идёт о гениальном Олеге Табакове. К кому из нас не приставали в молодости? К единицам. Я тоже через это прошла, но зачем трясти грязным бельём, когда человека уже нет в живых? Что было, то прошло».
Елена Проклова не стала опускаться до взаимных оскорблений, лишь тонко заметила, что Васильева всегда отличалась «оригинальным» и весьма специфическим взглядом на женское достоинство.
Сегодня Татьяна Васильева продолжает жить так, как умеет — не оглядываясь на чужое мнение, воспитывая внуков и оставаясь верной своей главной и единственной любви — театру. Она знает цену каждому своему слову и готова платить по счетам, которые выставляет ей жизнь.
