За что ее требуют выселить из квартиры?
— Я буду следователем! Нет, композитором! — маленькая девочка с двумя тугими косичками металась по комнате кировской квартиры.
В ее голове не было полутонов. Мир казался огромной картой сокровищ, где каждая профессия сияла ярче предыдущей. Она мечтала выступать в цирке под куполом, лечить людей и переводить стихи на сотне языков.
Ее отец, серьезный инженер, лишь улыбался в усы. Мать, преподаватель русского языка и литературы, смотрела на дочь с тихой нежностью. Они еще не знали, что их Жанна найдет способ уместить все эти жизни в одну. 6 декабря 1965 года в Кирове родилась человек-оркестр.
Монгольское эхо и первая заметка
С 1979 по 1983 год семья жила в холодной, продуваемой всеми ветрами Монголии. Это была суровая школа выживания для любого подростка. Вместо привычных советских дворов — бескрайняя степь, вместо школьной рутины — абсолютная свобода. Именно там, среди скупых пейзажей, она поняла цену слова.
Вернувшись, юная Жанна провалила экзамены на филфак ЛГУ. Казалось бы — крах. Но судьба уже стелила ей соломку. Друзья родителей посоветовали ее главному редактору местной газеты «Комсомольское племя» Василию Смирнову.
Она пришла туда секретарем. Сидела за печатной машинкой, разносила чай, но глаза ее горели. Вскоре она начала рисовать ноты для рубрики «Музыкальный киоск», а потом осмелилась написать первую заметку. Бумага приняла ее. В 1986 году камера впервые увидела ее лицо в репортаже передачи «До 16 и старше…». Девушка из провинции шагнула в слепящую неизвестность.
Огненные девяностые: НТВ как высшая школа
Москва конца восьмидесятых дышала грозой. После окончания журфака МГУ в 1991 году, где студенческую практику Жанна проходила в легендарном «Взгляде», был короткий период работы пресс-атташе в ассоциации по борьбе с наркоманией и полтора года на телестудии МВД. А потом началось время больших перемен.
В 1992 году она оказалась в отделе светской хроники РИА «Новости». Представьте этот контраст: строгие коридоры информационного агентства и блеск богемных тусовок. Но Жанну тянуло туда, где пахнет порохом и правдой.
В 1996 году раздался звонок, изменивший все. Канал НТВ искал новые лица. Три года в программе «Сегодня» стали для нее высшей школой журналистики.
— Там нельзя было фальшивить, — вспоминала она позже. — Нерв прямого эфира либо ломает тебя, либо делает стальным канатом.
В 1998 году зрители увидели ее совсем другой — смеющейся, грязной и абсолютно счастливой в русской версии телеигры «Форт Боярд». Но телевизионный рай оказался хрупким. В октябре 1999 года главный редактор Службы информации Владимир Кулистиков отстранил ее от ведения программы. Для многих это стало бы финальной точкой. Для нее — лишь пересадочной станцией.
Голос Первого канала и парижский воздух
Ноябрь 1999-го. Красный кирпич останкинского телецентра. Жанна Агалакова переступает порог ОРТ (будущего «Первого»). Сначала дневные новости, затем — прайм-тайм.
С 2001 года страна узнавала о главных событиях дня именно по ее интонации. 11 сентября 2001 года, Афганистан, отставка Ельцина, Беслан — она стояла между камерой и бездной человеческого горя. Вместе с Владимиром Познером в программе «Времена» они препарировали реальность, за что получили премию ТЭФИ.
Но студийный свет душил. Ей нужен был ветер больших дорог. Тем более, что в начале 2000-х годов у Жанны случился конфликт с Катей Андреевой — на почве жесткой профессиональной конкуренции. Андреева, будучи бессменной ведущей программы «Время», заподозрила, что растущая популярность Агалаковой — это попытка «подсидеть» ее и занять место в главной новостной студии страны. Ситуация достигла пика накала во время прямого эфира, когда ведущий Сергей Бабаев из-за плохой связи не понял, кто сидит в кадре, и случайно назвал Андрееву именем Жанны; Екатерина восприняла эту оговорку как прямое оскорбление и подтверждение своих страхов, после чего надолго перестала общаться с коллегой, а в эфире возникла «замогильная тишина».
В сентябре 2005 года Жанна сменила Олега Шоммера на посту собкора во Франции. Париж принял ее не как туристку, а как свою.
Я влюбилась в его серый цвет, — говорила Жанна. — Париж не золотистый, он благородно-серый, цвета камня и дождя.
В Риме, вечном городе, куда она часто сбегала от парижской суеты, 10 сентября 2002 года родилась ее дочь Аличе. Имя выбрал муж, итальянский физик Джорджо Савона — в честь героини сказки Льюиса Кэрролла. С Джорджо они были вместе с 1991 года, но официально скрепили союз только 7 апреля 2001 года. Он работал телеоператором в том же корпункте, понимая жену без слов, через объектив камеры.
Из Парижа в январе 2013 года ее перебросили в оглушающий Нью-Йорк. Небоскребы, бесконечные шоссе, другая пластика времени. Она вела оттуда репортажи до августа 2019 года, пока снова не затосковала по узким улочкам Монмартра.
Точка невозврата
Зима 2022 года принесла ледяной холод. Последний репортаж Жанны Агалаковой для «Первого канала» вышел в эфир 17 февраля. 3 марта, когда мир изменился навсегда, она отправила заявление об увольнении.
После увольнения с «Первого канала» в марте 2022 года Жанна Агалакова фактически бежала из России во Францию, где ее муж Джорджо Савона ради карьеры супруги когда-то бросил престижную работу физика-аналитика, чтобы стать телеоператором.
Они оба остались без средств к существованию. В недавних интервью бывшая звезда главного новостного эфира страны жалуется на полное отсутствие работы и денег, признавая, что их семья находится на грани нищеты. Семья живет на сбережения, которые стремительно тают. Агалакова публично заявляет, что экономит буквально даже на хлебе: багетах — главном символе французской повседневности.
Значительная часть ее русской семьи и родственников прекратила с ней общение. Сама Жанна Агалакова подтвердила этот факт в интервью:
Сами исчезли. Я понимаю их… Тем не менее мне больно от их поведения
Сейчас ее семейный круг фактически сузился до мужа-итальянца Джорджо Савоны и дочери Аличе, так как российские родственники полностью дистанцировались от нее.
Спасает от бездомности Жанну лишь собственная квартира в Париже в 5 минутах ходьбы от Елисейских полей знаменитых — не нужно платить за жилье. Однако наши люди требуют от Жанны «освободить жилполощадь», напоминая, что квартира была куплены за счет высокой зарплаты на государственном канале.
Беглянка Жанна прямо говорит о готовности мыть полы или выполнять любую черную работу, лишь бы хоть как-то прокормить семью. А по утрам просыпается от тревоги, судорожно проверяя телефон в поисках новой подработки. В своих редких интервью она с горечью констатирует:
— Мы с мужем столько раз были бедными. И я не вижу ничего хорошего впереди.
Жанне почти 60 лет. И, как она говорит, начинать жизнь с нуля в таком возрасте, не умея делать ничего, кроме журналистики, — это путь в никуда…
