В те годы я часто смотрел на Александра Бялко как на эталон — собранности, интеллекта, спокойной уверенности. Он казался человеком, который знает ответы на любые вопросы, даже если эти вопросы задаёт сама жизнь. Но чем больше времени проходит, тем отчётливее понимаю: и самые точные умы не застрахованы от ошибок. Особенно когда речь — не про формулы, а про любовь.
В 2025 году о нём вспоминают редко. А зря. Бялко — один из тех, кто ещё в советские годы превратил «Что? Где? Когда?» в нечто большее, чем просто телевизионную игру. Он пришёл в клуб в 1979 году и остался там на целую эпоху. С середины восьмидесятых он уже блистал на экране, получал «Знак совы», выигрывал сезоны, становился живой энциклопедией, ходячим интеллектом. Его уважали, его боялись, его ставили в пример. И — как это часто бывает — его же потом и вычеркнули.
Вычеркнули не за ошибку. Не за провал. А за любовь. За то, что в 60 лет Бялко позволил себе быть живым.
Хотите, расскажу, как это было?
Родителей Александра никто толком не знал. Да и он сам не стремился открываться. Не потому, что скрытный, а потому что скромный. Он был из тех, кто не любит о себе, зато часами может говорить об античной философии, устройстве ядерного реактора или поэзии на фарси.
МИФИ, ядерная физика, преподавание, кандидатская. А потом — вдруг журналистика, изучение языков, вплоть до латыни и древнегреческого. Он говорил на девяти языках. А ещё — писал книги, вел передачи, участвовал в шоу «Последний герой», преподавал в ВУЗах, даже владел бизнесом. С тем же принципом: если смог постичь атом, смогу и бухгалтерию.
Но всё это — только оболочка. Главное случилось позже.
Александр был женат. Долгие 30 лет. Дети — Дмитрий и Мария. Всё выглядело как стабильная, интеллектуальная, культурная семья, где супруги и партнёры, и коллеги. Он даже привёл жену Елену в «Что? Где? Когда?», помог устроиться.
Но в 2009-м, на конкурсе «Деловая девушка Москвы», он встретил Агату. Ей было 24. Ему — 60. Разница в 36 лет, разумеется, вызвала у всех шок. У всех, кроме самих влюблённых.
Он не оправдывался. Не делал пафосных жестов. Просто ушёл. Оставил квартиру жене и детям. Снял жильё. Начал заново. Страсть — как у подростка, осознанность — как у старика, риск — как у воина.
Любовь против совы
Люди не любят, когда умные делают глупости. Особенно — публично. А любовь, давайте честно, всегда выглядит чуть-чуть глупо со стороны. Особенно когда ты — не новичок в жизни, а академик с громким именем.
Александру Бялко не простили этого чувства. Он — фигура культовая, игрок, чей взгляд заменял логарифмическую линейку, чей ответ звучал как приговор. А тут — бросил семью. Влюбился. В девочку. В ту самую, которая могла бы быть его внучкой. Всё, крест.
«Не оправдал надежд». Так, холодно и безапелляционно, выразилась Наталия Стеценко — генеральный директор «Игра-ТВ», вдова создателя «Что? Где? Когда?». Говорила от имени всех: мол, Бялко не только как семьянин провалился, но и как личность.
Что за этим стояло — этика клуба, личные связи или женская месть — теперь можно только догадываться. Но факт: в 2010-м Бялко больше не был знатоком. Всё, партия окончена, лампочка погасла. Вместе с уходом из эфира он как будто исчез для многих. А для кого-то — предал.
Он же молчал. Ни интервью, ни обвинений. Он жил с Агатой. Они вместе работали в репетиторской компании — преподавали, старались выживать без телевизионных гонораров и научных зарплат. Он больше не был символом, он стал просто мужчиной. С женой. С новой жизнью. В любви.
Агата была необычной девушкой. Она не шла на шоу, не давала интервью, не публиковала посты. Она действительно любила Бялко. Удивлялась его знаниям, смеялась над его парадоксами, носила ему чай, когда он читал статьи по вечерам. И даже когда он сам попадал в больницу с давлением — не отходила ни на шаг.
А потом выяснилось, что болеет она.
Врожденный порок сердца. Диагноз прозвучал, как пощёчина — после всех скандалов, изгнаний и потерянных связей. Им казалось, что хуже уже не будет. Но стало. Кардиологи сказали прямо: без операции — полгода максимум.
Он продал всё, что мог. Искал врачей. Поддерживал её во всём. В июле 2014 года Агате поставили искусственный клапан. Операция прошла успешно, и какое-то время она даже участвовала в марафоне. 25 километров — с больным сердцем, с металлической заплаткой в груди. С любовью к жизни. И к нему.
Он кормил её с ложечки. Читал вслух. Писал заметки. Казался другим человеком — не знатоком, а мужем, в самом человеческом смысле этого слова.
Но жара 2021 года не пощадила её. Один день, одна прогулка, скорая — и всё. Врачи пытались. Он ждал под реанимацией. Она умерла ночью.
После Агаты — пустота
Когда Агаты не стало, он не кричал и не рвал на себе волосы. Просто сел. Как будто резко выключили свет. Внутри.
Он всё ещё преподавал. Всё ещё читал лекции. Всё ещё знал девять языков. Но перестал говорить. Словно язык остался, а голос — нет. И даже ученики, которых он готовил к ЕГЭ по обществознанию или физике, замечали: Бялко стал тенью. Вежлив, корректен, но — отрешён. Как будто каждое слово отдаёт долг, а не живёт.
Я помню одно его письмо — в блоге, почти не замеченном. Он писал о любви и вине. Что любовь не делает человека плохим. Что уход из семьи — не всегда предательство. Что он, взрослый человек, просто не смог жить с пустотой внутри. И что Агата дала ему шанс — на себя, другого, неидеального, но живого.
Он не просил прощения — это было не нужно. Но было видно: он сам себе этого шага — всё ещё — не простил. Ни того, что ушёл. Ни того, что она умерла. Ни того, что не успел спасти.
С сыном, Дмитрием, они общались. Не часто, но тепло. Тот принял новую жену отца, не рвал связь, приходил. А вот дочь — Мария — простить не смогла. Между ними была холодная стена. И даже в финале, в августе 2024 года, именно она сообщила: Александр Бялко умер во сне, за пять дней до 72-летия. Спокойно. Один.
Его могила — скромная. Без глянца, без мрамора. А ведь мог бы быть героем эпохи. Но для большинства он исчез тогда, когда ушёл из эфира. Так у нас устроено: если не светишься — как будто и не живёшь.
Но я думаю о нём часто. Потому что Александр Бялко — это не просто знаток. Это напоминание: даже самые разумные не застрахованы от того, что невозможно просчитать. Ни чувства, ни потерю.
И если уж такой человек позволил себе любить, ошибаться и не оправдать чьих-то надежд — может, стоит позволить себе то же самое?
