Карина стояла посреди гостиной и смотрела, как Сергей заносит последнюю коробку с вещами. Муж поставил коробку на пол, выпрямился, улыбнулся.
— Ну вот, все. Теперь официально живем вместе.
— Да, — Карина обняла мужа, прижалась к его плечу. — Наконец-то.
Двухкомнатная квартира досталась девушке от бабушки два года назад. Просторная, светлая, с высокими потолками и большими окнами. Карина обустроила жилище по своему вкусу — светлые стены, минималистичная мебель, живые растения на подоконниках. Уютно, спокойно. Место, где хочется быть.
Свадьба прошла месяц назад. Небольшая, семейная. После медового месяца Сергей переехал к жене. Родители мужа живут на другом конце города, в старой хрущевке. Квартира Карины просторнее, удобнее. Логично начать совместную жизнь здесь.
Первая неделя прошла идеально. Они распаковывали коробки, готовили ужины, смотрели фильмы по вечерам. Обычная жизнь молодоженов. Тихая, спокойная, счастливая.
В воскресенье утром раздался звонок в дверь. Карина открыла. На пороге стояла Инга Петровна с двумя огромными пакетами.
— Здравствуйте, Инга Петровна, — Карина отступила, пропуская свекровь.
— Привет, доченька, — женщина прошла в квартиру, сняла туфли. — Решила навестить вас, посмотреть, как устроились. Принесла пирожки, Сереженька любит.
Инга Петровна — невысокая женщина лет пятидесяти. Короткие седые волосы, проницательные серые глаза. Всегда при макияже, всегда в украшениях. Держится уверенно, говорит громко.
Сергей вышел из спальни, обнял мать.
— Мама! Не ожидал тебя увидеть.
— Ну как же, сынок. Надо же проведать молодых. Посмотреть, чем живете, как обустраиваетесь.
Инга Петровна прошла в гостиную, осмотрелась. Взгляд скользнул по стенам, мебели, шторам. Задержался на диване, потом на журнальном столике.
— Хм, — протянула свекровь. — Интересная расстановка мебели.
Карина напряглась. Интересная — это хорошо или плохо?
— Вам нравится? — осторожно спросила девушка.
— Ну как сказать… — Инга Петровна подошла к дивану, потрогала обивку. — Диван стоит неправильно. Нужно развернуть его к окну. Так светлее будет. И шторы эти… слишком темные. Бежевые лучше повесить. Визуально расширят пространство.
— Мне нравятся синие, — Карина постаралась сказать мягко. — Они сочетаются с остальным интерьером.
— Сочетаются, — свекровь усмехнулась. — Дело не в сочетании, дорогая, а в практичности. Темные шторы комнату уменьшают. Я в этом разбираюсь, тридцать лет дома обустраиваю.
Карина промолчала. Не хотелось спорить с первого же визита.
Инга Петровна прошла на кухню. Открыла холодильник, заглянула внутрь.
— О, что это у вас тут? Йогурты с добавками? Карина, миленькая, тут же одна химия. Натуральные кисломолочные продукты покупай, на рынке, без красителей.
— Сергей сам выбирал эти йогурты, — девушка подошла к холодильнику. — Ему нравятся.
— Нравятся, — свекровь покачала головой. — Мужчины не понимают, что им полезно. Мы, женщины, должны следить. Я Сереженьке всегда только натуральное покупала.
Карина сжала зубы. Следить. Как за ребенком.
Инга Петровна достала из пакета судок с пирожками, поставила на стол.
— Вот, с яйцом. Сереженька обожает. Разогреешь в духовке, он будет рад.
— Спасибо, Инга Петровна.
— Кстати, — свекровь налила себе чай, села за стол. — Ты борщ готовить умеешь?
— Умею.
— А как? По какому рецепту?
Карина растерялась. По какому рецепту? По обычному. Как все готовят.
— Ну, свекла, капуста, картошка, мясо…
— Стоп-стоп, — Инга Петровна подняла руку. — Свеклу сырую добавляешь или вареную?
— Сырую. Натираю и кладу в конце.
— Неправильно, — свекровь покачала головой. — Свеклу нужно отварить отдельно, потом добавить. Так вкуснее. И заправлять надо обязательно чесноком и салом. Сергей без этого борщ не признает.
— Я как-то готовила борщ, он ел нормально.
— Ел, потому что не хотел тебя обижать, — Инга Петровна отпила чай. — Мужчины такие, терпят. Но ты же хочешь, чтобы мужу нравилось? Тогда учись правильно готовить. Я тебе рецепты дам, проверенные.
Карина промолчала. Обсуждать кулинарные тонкости не хотелось.
Инга Петровна осталась до вечера. Ходила по квартире, давала советы. Про цветы на подоконниках — слишком много, захламляют пространство. Про ковер в спальне — непрактичный, собирает пыль. Про расстановку посуды в шкафу — неудобная, тарелки должны стоять по-другому.
Когда свекровь наконец ушла, Карина рухнула на диван.
— Устала?
— Очень. Твоя мама… энергичная.
Сергей засмеялся.
— Она такая. Заботливая. Хочет помочь.
— Угу, — девушка закрыла глаза. — Помочь.
Следующий визит Инги Петровны случился через три дня. Свекровь пришла с пакетом продуктов.
— Привет, детки. Решила заглянуть, принесла творог домашний. Сереженьке на завтрак.
Женщина прошла на кухню, разложила продукты. Потом достала из сумки утюг.
— Что это? — удивилась Карина.
— Утюг, — Инга Петровна подключила прибор к розетке. — Покажу, как правильно рубашки гладить. Видела, Сережа в помятой рубашке ходил. Наверное, неправильно гладишь.
— Я глажу нормально…
— Нормально — это не значит правильно, — свекровь достала рубашку из шкафа. — Смотри. Воротник сначала, потом манжеты, потом спинка. И обязательно с паром. Понимаешь?
Карина кивнула. Понимает. Только вот глажка рубашек — не высшая математика. Справляется без инструкций.
— И еще, — Инга Петровна открыла шкаф с бельем. — Постельное белье складывать нужно аккуратно. Вот так. Сначала пополам, потом еще пополам. Чтобы стопка ровная получилась.
— Хорошо, Инга Петровна.
— И полотенца развесить правильно надо. В ванной на равном расстоянии. Это эстетика, понимаешь?
— Понимаю.
Свекровь провела на кухне два часа. Учила правильно мыть посуду, вытирать стол, расставлять банки со специями. Карина слушала, кивала, внутренне закипая. Неужели Инга Петровна думает, что невестка совсем беспомощная?
Визиты продолжались. Раз в два-три дня свекровь приходила с новыми советами. Критиковала режим дня молодых — спите до девяти, это лень. Критиковала просмотр сериалов по вечерам — лучше бы книги читали. Критиковала выходные на природе — Сергей должен отдыхать дома, а не мотаться неизвестно куда.
— Инга Петровна, — однажды Карина не выдержала. — Извините, но у меня голова болит. Может, в другой раз поговорим?
Свекровь нахмурилась.
— Голова болит? Может, врачу показаться? Мигрень — это серьезно.
— Нет-нет, просто устала. Хочу полежать.
— Ну хорошо, — Инга Петровна неохотно встала. — Отдыхай. Только не забудь Сереженьке ужин приготовить. Мужчина голодным быть не должен.
Карина проводила свекровь до двери. Закрыла за женщиной, прислонилась к косяку. Выдохнула.
Сергей вышел из комнаты.
— Мама ушла?
— Да.
— Она тебя достала?
Карина посмотрела на мужа. Неужели заметил?
— Немного. Она очень… активная.
— Ну, мама такая. Любит опекать. Не обращай внимания.
— Сережа, она приходит каждые два дня. Критикует все подряд. Учит, как жить.
— Она просто беспокоится. Хочет, чтобы у нас все было хорошо.
— У нас и так все хорошо.
— Ну вот видишь, — Сергей обнял жену. — Значит, не стоит переживать.
Карина прижалась к мужу. Хотела сказать больше. Объяснить, как тяжело постоянно слушать замечания. Но Сергей не понимает. Для мужа мать — святое. Критиковать нельзя.
Прошел месяц. Визиты Инги Петровны участились. Теперь свекровь приходила через день. Иногда даже каждый день. Всегда с советами, всегда с замечаниями.
Карина чувствовала, как напряжение растет. Каждый раз, слыша звонок в дверь, девушка напрягалась. Инга Петровна? Опять?
Сергей замечал недовольство жены. Видел, как Карина натянуто улыбается матери. Как отвечает односложно. Как напрягается при каждом визите. Но муж молчал. Не спрашивал, не обсуждал. Надеялся, что само рассосется.
Отношения между супругами стали холоднее. Сергей больше молчал, избегал откровенных разговоров. Карина замкнулась. Вечерами они смотрели телевизор в тишине. Утром расходились по делам без долгих прощаний.
Инга Петровна заметила изменения. И решила, что виновата Карина. Плохая жена, не заботится о муже. Нужно вмешаться.
Однажды свекровь пришла без предупреждения. В среду днем. Карина работала удаленно, сидела за ноутбуком.
Звонок в дверь. Девушка открыла. Инга Петровна с пакетом овощей.
— Привет, Каринушка. Решила зайти, поговорить по душам.
— Здравствуйте. Проходите.
Свекровь прошла на кухню, поставила чайник.
— Ну что, как дела? Как Сережа?
— Нормально. Работает.
— Вижу, что не нормально, — Инга Петровна налила чай, села за стол. — Сын последнее время какой-то грустный. Молчит больше обычного. Ты заметила?
Карина села напротив.
— Заметила. У него на работе проект сложный. Устает.
— Проект, — свекровь усмехнулась. — Дело не в проекте, милая. Дело в атмосфере дома. Мужчина должен приходить в уют, тепло. А у вас тут что? Холодильник полупустой, в квартире пыль, ты целыми днями за компьютером сидишь.
Карина сжала чашку.
— Инга Петровна, в квартире чисто. Холодильник полный. Я работаю, но успеваю все делать.
— Все делать? — свекровь покачала головой. — Посмотри на кухню. Вчерашняя посуда в раковине. Цветы на подоконнике завяли. Занавеска криво висит.
Девушка оглянулась. Две чашки в раковине, оставленные после завтрака. Один завядший листик на цветке. Занавеска висит нормально.
— Это мелочи…
— Мелочи? — Инга Петровна повысила голос. — В мелочах жизнь! Мужчина видит эти мелочи. И понимает, что жена не старается. Не заботится о комфорте.
— Я забочусь, — Карина почувствовала, как щеки горят. — Готовлю, убираю, стираю. Что еще нужно?
— Нужно делать это правильно! — свекровь встала, подошла к холодильнику. Открыла, заглянула. — Вот смотри. Сыр неправильно хранится. Колбаса в открытой упаковке. Овощи в нижнем ящике без пакетов. Это неправильно!
— Инга Петровна…
— И готовишь ты не те блюда! — свекровь продолжала. — Сергей любит жареную картошку с грибами. А ты варишь рис. Рис! Как кролику!
— Сергей сам попросил рис! Сказал, что хочет правильно питаться!
— Попросил, потому что не хочет тебя обижать! — Инга Петровна закрыла холодильник. — Мужчины терпят. Но это не значит, что им нравится!
Карина встала из-за стола. Руки дрожали.
— Хватит. Инга Петровна, хватит меня учить. Я взрослый человек. Знаю, как вести хозяйство.
— Знаешь? — свекровь скрестила руки на груди. — Тогда почему в доме бардак? Почему Сергей ходит грустный?
— Это моя квартира! Мой дом! Я здесь хозяйка!
— Хозяйка, — Инга Петровна усмехнулась. — Хозяйка, которая не умеет заботиться о муже. Которая целыми днями в компьютер смотрит, а дом запустила.
— Я не запустила дом! — голос Карины сорвался. — Здесь чисто, уютно! Все на месте!
— На месте? — свекровь прошлась по кухне. — Диван стоит неправильно. Шторы темные. Цветов слишком много. Посуда грязная. Холодильник полупустой.
— Вы уже говорили это месяц назад! Ничего не изменилось!
— То-то и оно! — Инга Петровна повысила голос. — Я тебе говорю, а ты не слушаешь! Упрямая, как баран!
Карина отступила на шаг. «Как баран». Не приятно слышать от свекрови.
— Слушайте, Инга Петровна. Я не собираюсь ничего менять. Это моя квартира. Я обустраиваю ее так, как хочу. Если вам не нравится — не приходите.
Свекровь побледнела. Потом покраснела.
— Как ты смеешь мне указывать?
— Я не указываю. Я просто говорю, что это мой дом. И я здесь главная.
— Главная? — Инга Петровна подошла вплотную к невестке. Глаза сверкали. — Не надо зазнаваться. Ты запомни, девочка, одну вещь. Я тут главная, пока мой сын с тобой живет!
Тишина. Карина стояла, не в силах пошевелиться. Инга Петровна — главная? В чужой квартире?
— Что вы сказали?
— Я сказала правду! — свекровь не отступала. — Пока Сергей здесь, я имею право контролировать, как вы живете! Имею право давать советы! Это мой сын, и я не позволю какой-то девчонке портить ему жизнь!
— Портить жизнь? — голос Карины задрожал. — Я порчу жизнь?
— Да! Ты плохая хозяйка! Плохая жена! Не умеешь готовить, не умеешь убирать! Сергей заслуживает лучшего!
— Уходите, — тихо сказала Карина.
— Что?
— Я сказала — уходите. Немедленно. Из моей квартиры.
— Как ты смеешь меня выгонять? — Инга Петровна схватила Карину за плечо. — Я мать Сергея! Имею право находиться здесь!
— Не имеете! — девушка отдернула руку. — Это моя квартира! Моя! И я решаю, кто здесь будет, а кто нет!
— Ты… ты… наглая девчонка! — свекровь задыхалась от ярости. — Думаешь, раз квартира твоя, можешь себе позволить что угодно? Думаешь, Сергей тебя поддержит?
— Не знаю. Но вас я выгоню прямо сейчас.
Карина взяла Ингу Петровну за локоть, повела к двери. Свекровь сопротивлялась, кричала.
— Отпусти! Отпусти меня! Сергей узнает об этом! Все расскажу!
— Рассказывайте, — девушка открыла дверь. — Только уходите.
— Ты пожалеешь! — Инга Петровна схватила сумку. — Сергей на моей стороне! Он меня поддержит! А ты останешься ни с чем!
— Посмотрим.
Карина закрыла дверь за свекровью. Прислонилась к косяку, дышала глубоко. Руки тряслись. Внутри все кипело.
Главная. Инга Петровна назвала себя главной. В чужой квартире. Пока сын живет с женой. Абсурд.
Девушка прошла в спальню, легла на кровать. Закрыла глаза. Нужно успокоиться. Через несколько часов придет Сергей. Начнется разговор.
Муж вернулся в семь вечера. Карина услышала, как открылась дверь. Как Сергей разулся, прошел на кухню. Потом шаги к спальне.
Дверь открылась. Сергей стоял на пороге с мрачным лицом.
— Мать звонила.
Карина села на кровати.
— Представляю, что рассказала.
— Рассказала, что ты ее выгнала. Грубо, без объяснений. Просто взяла и вытолкала за дверь.
— Сережа, это не совсем так…
— А как? — муж перебил. — Мать пришла тебя навестить. Поговорить. А ты ее выгнала.
— Навестить? — Карина встала. — Твоя мать пришла критиковать! Снова! В сотый раз!
— Она хотела помочь!
— Помочь? Сергей, она назвала меня плохой хозяйкой! Плохой женой! Сказала, что я не умею готовить, убирать, заботиться о тебе!
— Ну, может, и перегнула немного…
— Немного? — голос девушки сорвался. — Она сказала, что она здесь главная! Пока ты со мной живешь! В моей квартире!
Сергей молчал. Смотрел в пол.
— Сережа, ты слышал, что я сказала? Твоя мать назвала себя главной в моей квартире.
— Мама просто переволновалась. Не хотела обидеть.
— Не хотела? — Карина шагнула к мужу. — Она месяц критикует каждый мой шаг! Учит, как жить! Приходит каждый день, дает советы! Я устала, Сергей! Устала чувствовать себя гостьей в собственном доме!
— Ты преувеличиваешь.
— Преувеличиваю? — девушка моргнула. — Серьезно?
— Ну да. Мама просто заботится. Хочет, чтобы у нас все было хорошо. А ты воспринимаешь в штыки.
Карина отступила. Посмотрела на мужа долгим взглядом.
— Значит, ты на ее стороне.
— Я ни на чьей стороне. Просто считаю, что не надо было выгонять маму. Это грубо.
— Грубо — это то, как она со мной обращается. А я просто защитила свое жилище.
— Свое жилище, — Сергей усмехнулся. — Да, это твоя квартира. Ты об этом не забываешь напомнить.
— Потому что твоя мать забывает! Ведет себя как хозяйка! Командует, требует, критикует!
— Она моя мать! — муж повысил голос. — Имеет право приходить к сыну!
— Имеет. Но не имеет права унижать его жену!
Они стояли друг напротив друга. Тяжело дышали. Напряжение накопилось за месяцы, теперь вылилось наружу.
— Извинись перед матерью, — сказал Сергей.
Карина отшатнулась.
— Что?
— Позвони маме. Извинись. Скажи, что погорячилась.
— Ты шутишь?
— Нет. Мама очень расстроена. Плакала по телефону. Ты обидела ее.
— А она меня не обидела? Месяц унижала, и это нормально?
— Она не унижала! Просто давала советы!
— Сергей, — Карина подошла вплотную к мужу. Посмотрела в глаза. — Ты действительно не видишь проблемы? Не понимаешь, что твоя мать переходит границы?
— Вижу только одну проблему, — муж отвел взгляд. — Ты не умеешь ладить с моей семьей.
Тишина. Карина стояла, переваривая слова. Не умеет ладить. Значит, виновата она. Не Инга Петровна, которая вторгается в чужую жизнь. А Карина, которая эту жизнь защищает.
— Понятно, — тихо сказала девушка. — Все понятно.
Она прошла мимо мужа, вышла в гостиную. Сергей последовал за женой.
— Карина, не надо драматизировать. Просто извинись перед мамой, и все наладится.
— Нет, — девушка развернулась. — Ничего не наладится. Потому что проблема не в извинениях.
— А в чем?
— В том, что ты не видишь меня. Не слышишь. Для тебя важнее мама, чем жена. Ты встаешь на ее сторону, даже не разобравшись.
— Я не встаю на ее сторону! Просто считаю, что нужно уважать родителей!
— А жену уважать не нужно? — Карина почувствовала, как слезы подступают к горлу. — Мои чувства не важны? Мое мнение не считается?
— Считается, но…
— Но что? Но мама важнее? Мама главнее? Мама всегда права?
Сергей молчал.
— Ответь, Сережа. Кто для тебя важнее? Мама или жена?
— Это разные вещи…
— Отвечай, — голос Карины стал жестче. — Кого ты выберешь?
Муж отвернулся.
— Не заставляй меня выбирать.
— Ты уже выбрал, — Карина вытерла слезы. — С того момента, как попросил извиниться перед твоей матерью. С того момента, как не встал на мою защиту.
— Карина…
— Хватит. Хватит, Сережа. Я устала. Устала от твоей матери. Устала от того, что ты не поддерживаешь меня. Устала быть неправой в собственном доме.
— Что ты хочешь сказать?
Девушка глубоко вдохнула. Решение созрело мгновенно. Четкое, ясное, окончательное.
— Забирай свои вещи. И уходи.
Сергей замер.
— Что?
— Я сказала — уходи. Раз мать для тебя главная — живи с ней. Я больше не хочу жить с человеком, который не умеет быть мужем. Который не умеет защищать жену.
— Карина, не будь ребенком…
— Я не ребенок, — девушка прошла в спальню, достала из шкафа сумку Сергея. Начала складывать вещи мужа. — Я взрослый человек, который принял решение. Ты не готов отделиться от матери. Не готов быть самостоятельным. Тебе нужна мама, которая будет решать, как жить. Ну так и живи с ней.
Сергей смотрел, как жена складывает вещи. Не верил происходящему.
— Ты серьезно?
— Абсолютно. Мне не нужен маменькин сынок. Мне не нужен чужой контроль.
Карина застегнула сумку, протянула мужу.
— Уходи, Сережа. Пожалуйста.
Сергей взял сумку. Постоял, глядя на жену. Ждал, что Карина передумает. Но девушка стояла твердо, не отводя взгляда.
— Хорошо, — муж развернулся, пошел к двери. — Если так хочешь — ухожу. Но это твой выбор. Запомни.
— Запомню.
Дверь закрылась. Карина осталась одна. Тишина. Громкая, оглушительная тишина.
Девушка прошла в гостиную, опустилась на диван. Слезы душили, но плакать не хотелось. Только усталость. Тяжелая, всепоглощающая усталость.
Карина посмотрела на квартиру. Диван у окна. Синие шторы. Цветы на подоконниках. Ее дом. Ее пространство. Без Инги Петровны, без советов, без критики. Без Сергея, который не умеет быть мужем.
Телефон завибрировал. Сообщение от Сергея: «Я побуду у мамы, а ты подумай над своим поведением».
Карина усмехнулась. Подумать над поведением. Конечно. Виновата она. Как всегда.
Девушка удалила сообщение. Заблокировала номер. Не хочет больше слышать упреки.
Прошла неделя. Тишина, покой. Карина работала, убиралась, готовила. Наслаждалась одиночеством. Странно, но без Сергея стало легче дышать. Нет напряжения, нет ожидания очередного визита свекрови. Просто жизнь.
Подруга зашла в гости.
— Как ты?
— Нормально. Хорошо даже.
— Серьезно? Муж ушел, а тебе хорошо?
Карина налила чай, села напротив подруги.
— Знаешь, я поняла одну вещь. Брак был ошибкой. Сергей не готов к семье. Он еще ребенок, привязанный к маминой юбке. Не умеет принимать решения, не умеет защищать жену.
— А что сейчас? Разводиться будешь?
— Да. Подам документы на следующей неделе.
— Быстро ты.
— Зачем тянуть? Отношения мертвы. Смысла нет возвращать.
Подруга кивнула.
— Ты молодец. Не все могут так решительно действовать.
— Просто поняла, что жизнь слишком коротка. Тратить ее на токсичные отношения — глупость.
Карина отпила чай, посмотрела в окно. За окном весна. Деревья зеленеют, птицы поют. Жизнь продолжается.
И у Карины впереди целая жизнь. Без Инги Петровны, без Сергея, без людей, которые не ценят. Только она сама. Свободная, независимая, сильная.
Девушка улыбнулась. Да, это начало. Начало новой жизни. И она будет прекрасной.
