Ольга вернулась домой раньше обычного. Совещание отменили в последний момент, и она решила не задерживаться в офисе — день выдался серым, моросил дождь, и хотелось поскорее оказаться в тепле, заварить чай с малиной и устроиться с книгой на диване. Она припарковала служебную машину во дворе, поднялась на третий этаж и, едва переступив порог квартиры, сразу почувствовала, что что-то не так.
Дмитрий стоял на кухне спиной к двери, говорил по телефону вполголоса, напряжённо. Плечи у него были зажаты, в голосе слышалась та особенная интонация, которую Ольга научилась распознавать за годы брака — когда муж что-то скрывал или чувствовал себя виноватым.
— Ну ладно, ладно, только аккуратнее, пожалуйста, — бормотал Дмитрий. — Да, знаю… Нет, всё нормально… Созвонимся.
Он обернулся и вздрогнул, увидев жену.
— Оля! Ты чего так рано?
— Совещание отменили, — она сняла плащ и повесила его на вешалку. — С кем говорил?
— С Максимом, — Дмитрий отвёл взгляд. — Слушай, я хотел тебе сказать…
Ольга насторожилась. Когда муж начинал фразу со слов «я хотел тебе сказать», это всегда означало неприятности.
— Что случилось?
— Понимаешь, Максим попал в небольшую аварию…
— Опять? — Ольга закатила глаза. — Это уже что, третья или четвёртая за год?
— Не знаю точно, — Дмитрий потёр переносицу. — В общем, он машину отдал в ремонт. А ему срочно нужно было перевезти какие-то запчасти для работы. Я дал ему твою машину. Ненадолго.
Несколько секунд Ольга молчала, переваривая услышанное. Потом тихо, очень тихо переспросила:
— Ты дал Максиму мою машину?
— Ну да, — Дмитрий заёрзал. — Ты же ей почти не пользуешься. Она у нас стоит неделями. Я подумал…
— Ты подумал, — Ольга почувствовала, как внутри начинает закипать злость. — А спросить меня ты не подумал?
— Оль, ну не делай из мухи слона…
— Не делай из мухи слона?! — голос у неё сорвался на крик. — Дима, ты дал МОЮ машину своему брату, который разбивает автомобили с завидной регулярностью, даже не поставив меня в известность! Когда это произошло?
— Сегодня утром. После того как ты уехала на работу.
Ольга опустилась на стул. Руки дрожали.
— Это моё имущество, Дима. МОЁ. Я заработала на эту машину сама, я плачу за её страховку, за ремонт, за всё. И ты не имел права распоряжаться ею без моего разрешения.
— Господи, да что за трагедия-то! — Дмитрий вспылил. — Максим аккуратно ездит, ничего не случится!
— Аккуратно?! — Ольга вскочила. — Ты сам только что сказал, что он попал в аварию! У него машина в ремонте после очередной аварии!
— Ну, это не всегда его вина…
— Дима, мне плевать, чья это вина! — она прошлась по кухне, пытаясь успокоиться, но не получалось. — Ты понимаешь, что если с моей машиной что-то случится, отвечать буду я? Страховка, ремонт, все документы — всё оформлено на меня!
— Ничего не случится, — Дмитрий пробормотал уже менее уверенно.
— А если случится? — Ольга остановилась напротив него. — Если твой дорогой братец влетит в очередной столб или не впишется в поворот? Он вообще знает, что это автомат, а не механика? У него рефлексы заточены под другую коробку передач!
— Знает, я объяснил…
— Ты объяснил, — Ольга горько усмехнулась. — Замечательно. Значит, всё в порядке. Дима, ты в своём уме? Максиму вообще зачем понадобилось возить какие-то запчасти? Почему он не может заказать доставку или попросить кого-то из коллег?
— Там большие детали, не влезут в обычную машину. А его пикап как раз в ремонте. Ему нужно было срочно…
— Срочно, срочно! — Ольга не выдержала. — У Максима всегда всё срочно! И всегда он кого-то просит, выпрашивает, занимает! А отдавать потом не торопится, обещания не выполняет, и все вокруг должны понимать и прощать, потому что он же родня!
— Это мой брат, Оля.
— И это МОЯ машина! — она стукнула кулаком по столу. — Моя, Дима! Не твоя, не Максима, не совместно нажитая, а МОЯ! Я заработала на неё ещё до нашей свадьбы, ты это прекрасно знаешь!
Дмитрий молчал, глядя в пол.
— Позвони ему, — Ольга скрестила руки на груди. — Прямо сейчас позвони и скажи, чтобы немедленно возвращал машину.
— Оля, он сказал, что вернёт сразу, как только закончит…
— Мне плевать! — она почувствовала, что сейчас сорвётся на истерику, но не могла остановиться. — Если твой брат сейчас же не вернёт мою машину, я иду в полицию! Слышишь? Заявлю об угоне!
— Ты что, с ума сошла? — Дмитрий побледнел. — Какой угон? Я сам дал ключи!
— Ты не имел права давать ключи! Это не твоя собственность! Юридически это будет считаться незаконным завладением транспортным средством!
— Ты бы себя послушала! — Дмитрий вскинулся. — Из-за какой-то тачки устраивать такой скандал!
Ольга медленно выдохнула. Говорила теперь тихо, но каждое слово звучало как удар:
— Дело не в машине, Дима. Дело в том, что ты не уважаешь меня. Дело в том, что ты считаешь возможным распоряжаться моими вещами, не спросив. Дело в том, что для тебя интересы твоего брата важнее моих чувств и моего мнения.
— Я не думал, что ты так отреагируешь…
— Потому что ты вообще не думал! Ты не подумал спросить, не подумал предупредить, не подумал, что я могу быть против! Ты просто взял и сделал, как тебе удобно!
Повисло тяжёлое молчание. Дмитрий достал телефон, посмотрел на экран, потом на жену.
— Хорошо, — сказал он устало. — Позвоню.
Он набрал номер, отошёл к окну. Ольга слышала обрывки разговора:
— Макс, слушай… Да, я понимаю, но… Нет, прямо сейчас… Она настаивает… Да, извини, но придётся… Можешь пригнать через сейчас?
Когда разговор закончился, Дмитрий обернулся:
— Приедет через полчаса. Довольна?
— Довольна, — ответила Ольга. — И нет, не довольна. Я в шоке от всей этой ситуации.
— Может, перестанешь уже?
— Знаешь, пойду подожду на улице, — Ольга взяла ключи от квартиры. — Проветрюсь заодно. А то боюсь, что скажу сейчас что-то, о чём потом пожалею.
Она вышла, не хлопнув дверью, хотя очень хотелось. Спустилась вниз, вышла во двор. Моросило всё так же уныло, было зябко, но свежий воздух помогал успокоиться. Ольга остановилась и закрыла глаза.
Они поженились пять лет назад. Дмитрий тогда казался внимательным, заботливым, понимающим. Но постепенно Ольга начала замечать, что муж не воспринимает её вещи как по-настоящему её собственность. Он мог взять её ноутбук, не спросив, одолжить кому-то её книгу и забыть предупредить, отдать её тёплый плед соседям на дачу. Каждый раз это были мелочи, и Ольге казалось, что она перегибает, когда обижается. Но сейчас это были уже не мелочи.
Машина — это не плед и не книга. Это дорогая вещь, это её независимость, её возможность в любой момент уехать, куда нужно. И то, что Дмитрий отдал её брату, даже не подумав спросить, било по самому больному.
Максим появился минут через сорок, а не через полчаса, как обещал. Старенький красный «Форд» Ольги въехал во двор, припарковался неровно, заняв два места сразу. Из машины вылез грузный мужчина лет тридцати с небольшим, в испачканной куртке и давно не чищенных ботинках.
— Привет, Оль, — он помахал рукой, явно смущённый.
— Привет, — буркнула она.
— Слушай, я не знал, что ты будешь против, — начал Максим. — Дима сказал, можно взять, вот я и взял. Если бы знал, что такой скандал…
— Дело не в скандале, Макс. Дело в том, что меня даже не спросили.
— Ну, вы же семья, — он почесал затылок. — Думал, у вас там всё общее.
— Нет, не всё.
Максим полез в карман, достал ключи, протянул ей. Ольга взяла их и направилась к машине, чтобы проверить, всё ли в порядке. Открыла дверь водителя — пахло резиной и машинным маслом. Села за руль, осмотрелась. На коврике следы грязи, на панели отпечатки жирных пальцев.
— Макс, что это? — она показала на грязные разводы.
— А, ну руки были в масле, я запчасти перевозил же. Протереть и ничего не останется.
Ольга вышла из машины, обошла её кругом. Кузов вроде целый, царапин новых не видно. Открыла багажник — и остолбенела.
Весь багажник был испачкан какой-то коричневой жижей, похожей на масло. На заднем сиденье — такая же картина: подушки сидений покрыты пятнами, на полу валялись какие-то грязные тряпки.
— Макс, — позвала Ольга, стараясь сохранять спокойствие. — Подойди сюда.
Он подошёл, заглянул в багажник, присвистнул:
— Ого. Ну да, маслице немного пролилось.
— Немного? — голос у Ольги задрожал. — Макс, тут всё в масле! Багажник, задние сиденья! Как это вообще могло произойти?!
— Ну, бутыль потекла, — он пожал плечами. — Крышку, видимо, плохо закрутил. Бывает.
— Бывает?! — Ольга почувствовала, что сейчас взорвётся. — У тебя бутыль с маслом потекла в моей машине, и ты говоришь «бывает»?!
— Оль, ну не кипятись так. Отмоется же.
— Это не отмоется просто так! Тут нужна химчистка! Ты понимаешь, сколько это стоит?!
Максим нахмурился:
— А они и до этого грязные были.
— Что?! — Ольга не поверила своим ушам.
— Ну, багажник у тебя не первой свежести был. И сиденья тоже не блестели.
— Макс, там может и была пыль, может, немного песка! Но не МАСЛО! Не коричневые лужи!
— Слушай, Оль, ты чего раскудахталась? — он скрестил руки на груди. — Я тебе машину вернул целой, без царапин. Даже бензина полбака залил, хотя не обязан был. А ты тут устроила…
— Макс, — Ольга перебила его, — ты испачкал мою машину. Ты обязан оплатить химчистку.
— Ещё чего! — он фыркнул. — Я тебе говорю, она и раньше грязная была!
— Это неправда!
— Правда! Я сам видел, когда брал!
— Ты врёшь!
К ним подошёл Дмитрий, видимо, услышал крики из окна.
— Что случилось?
— Случилось то, что твой брат превратил мою машину в помойку! — Ольга распахнула багажник пошире. — Смотри!
Дмитрий заглянул внутрь, лицо вытянулось.
— Макс, что это?
— Масло немного разлилось, — буркнул тот. — Ничего страшного.
— Как это — ничего страшного?! — Дмитрий тоже начал заводиться. — Ты что, не мог нормально упаковать?
— Да было нормально упаковано! Просто крышка слетела в дороге!
— И ты не заметил?
— Слушайте, хватит на меня орать! — Максим повысил голос. — Что вы придираетесь к каким-то пятнам!
— К каким-то пятнам? — Ольга подошла ближе. — Макс, ты реально не понимаешь или прикидываешься?
— Понимаю я, понимаю! Понимаю, что родня так себя не ведёт! — он ткнул пальцем в сторону Дмитрия. — Брат дал машину от души, помог в трудную минуту! А ты теперь устраиваешь истерику!
— Макс, заткнись, — устало сказал Дмитрий.
— Чего?!
— Я сказал — заткнись. Ты реально виноват. Надо было быть аккуратнее.
— Вот это да! — Максим покачал головой. — Вот это поворот! Родной брат встаёт на сторону…
— Это тоя жена, Макс. И её машина. И ты её испачкал.
— Да она и так грязная была!
— Хватит врать! — рявкнула Ольга. — Я мою эту машину каждые выходные! Там не было никакого масла!
Максим метнул на неё злой взгляд, потом перевёл его на брата:
— Значит, так, да? Хорошо. Запомню.
Он развернулся и зашагал прочь. Дмитрий крикнул ему вслед:
— Макс, погоди! Давай нормально поговорим!
— Не о чем говорить! — тот обернулся на ходу. — Я всё понял! В следующий раз, когда ты будешь просить о помощи, вспомню, что вы мне тут устроили!
Он скрылся за углом дома. Ольга и Дмитрий остались стоять возле машины. Моросило. Темнело.
— Чего ты так наехала на него? — тихо спросил Дмитрий.
— Ты серьёзно? — Ольга недоверчиво посмотрела на мужа. — Дима, он испачкал мою машину и отказывается платить за химчистку!
— Может, и правда там что-то было до этого…
— Дима!
— Ладно, ладно, — он поднял руки. — Просто он мой брат, понимаешь? Не хочется с ним ссориться.
— А со мной хочется? — Ольга почувствовала, как к горлу подкатывает ком. — Я — что, для тебя меньше значу, чем он?
— Оля, ну ты же не так поняла…
— Именно так поняла. Ты отдал мою машину без спроса. Твой брат испачкал её. Теперь он отказывается исправлять ситуацию. А ты его защищаешь.
— Я не защищаю…
— Защищаешь, — она достала телефон. — Хорошо. Значит, вы оба считаете, что я просто психую на пустом месте. Замечательно. Тогда я сама решу эту проблему.
— Что ты делаешь?
— Ищу химчистку. Закажу уборку машины. Заплачу сама.
— Оля…
— И потом мы с тобой серьёзно поговорим, Дима. О том, как ты вообще видишь нашу семью. О том, где для тебя границы моего и твоего. О том, почему ты считаешь нормальным даже не спрашивать моего разрешения на такие вещи.
Дмитрий молчал. Ольга нашла номер ближайшей химчистки, позвонила, договорилась о визите на завтра утром. Положила трубку.
— Завтра с утра отвезу машину, — сказала она.
— Оля, ну давай не будем…
— Дима, мне сейчас нужно побыть одной, — она посмотрела на него. — Я очень зла. Я разочарована. И мне нужно время, чтобы остыть и подумать.
— О чём подумать?
— О нас. О том, что происходит. О том, почему я чувствую себя в собственной семье человеком второго сорта.
— Господи, ну что ты утрируешь?
— Нет, не утрирую, — Ольга покачала головой. — Иди домой, Дима. Я посижу здесь ещё немного, потом поднимусь.
Он постоял рядом, явно не зная, что сказать, потом кивнул и ушёл. Ольга осталась одна возле грязной машины под моросящим дождём.
Она думала о том, что это не первый раз, когда Дмитрий ставит интересы своей семьи — родителей, брата — выше их с ней отношений. Как он отменял их планы, если мать просила приехать помочь с ремонтом. Как отдавал их общие деньги брату в долг, толком не спросив. Как всегда, всегда находил оправдания для родственников, но никогда — для неё.
И сейчас, стоя под дождём и глядя на испачканный салон своей машины, Ольга поняла, что настал момент всё изменить. Поговорить серьёзно. Сказать твёрдое «нет» тому, с чем она мирилась раньше.
Она не знала, чем закончится этот разговор. Поймёт ли Дмитрий, что был неправ? Захочет ли меняться? Или скажет, что она слишком требовательна, слишком принципиальна, слишком эгоистична?
Но одно Ольга знала точно: продолжать жить, как раньше, она больше не готова.
Она заперла машину, подняла воротник плаща и пошла к подъезду. Впереди был трудный разговор. Но его нужно было провести.
Дождь усилился. Город погружался в осенние сумерки. А в небольшой квартире на третьем этаже двое людей готовились выяснить, остались ли в их браке доверие, уважение и любовь — или всё это давно утекло, как масло из плохо закрученной бутылки, оставив только пятна и разочарование.
