Знаете, бывает так: смотришь на человека, а у него на роду как будто написано быть счастливым. Родиться в семье гениального режиссера Сергея Бондарчука и красавицы Ирины Скобцевой, унаследовать эту невероятную, породистую красоту, талант, обожание зрителей… Кажется, ну вот у кого-то точно жизнь сложилась как в сказке!
Речь идет об Алёне Бондарчук — потрясающей актрисе, сестре Фёдора Бондарчука и маме «Джоконды» из «9 роты», Константина Крюкова. Вы точно помните её лучезарную улыбку и мягкий, царственный взгляд. Но если приоткрыть эту красивую глянцевую завесу… там откроется такая глухая боль, что сжимается сердце. Муж, превративший жизнь в золотую клетку, тяжёлые попытки начать всё с нуля, недолгий профессиональный взлёт и страшный, тихий уход в 47 лет, когда рядом остался только её единственный сын.
«Золотая девочка» с великой фамилией: тяжело ли быть дочерью Бондарчука?
Ну, давайте честно. Когда твои родители — Бондарчук и Скобцева, к тебе с пеленок приковано миллион взглядов. Алёна ведь с самого детства была окружена искусством, декорациями и шепотом за спиной: «А-а, ну всё понятно, протолкнут».
Только вот она никогда не была из тех «папенькиных дочек», которые просто пользуются именем. Алёна окончила Школу-студию МХАТ и начала доказывать своё право на сцену работой, а не фамилией. Она играла в знаменитом «Тихом Доне» (сыграла Наталью так, что слезы наворачивались!), служила во МХАТе им. Горького и Театре имени Пушкина. Зрители её обожали. В ней не было абсолютно никакой фальши или звездной болезни — только интеллигентность, искренность и какая-то удивительная светлая энергетика.
Но если с карьерой всё складывалось, то в личной жизни её ждало испытание, к которому никто в легендарной семье Бондарчуков не был готов.
Золотая клетка в Швейцарии: как доктор наук превратил жизнь актрисы в кошмар
Вот тут начинается самое тяжелое. В 80-х Алёна выходит замуж за Виталия Крюкова. Мужчина, казалось бы, мечты: доктор философии, ученый, геммолог, успешный предприниматель. Вскоре родился их сын Костя. А потом наступили лихие девяностые, и семья уехала в Швейцарию.
И вот представьте себе картину: Альпы, уютный дом в Цюрихе, полная материальная обеспеченность, тишина… А внутри — абсолютный ад. Крюков оказался жестким, авторитарным человеком. Настоящим домашним тираном. Он буквально запер её в четырёх стенах, отрезал от театра, от съёмок, от друзей и даже от семьи. Согласитесь, деспоты ведь никогда не проявляют себя сразу. Сначала это подаётся под соусом «я просто хочу уберечь тебя от этого грязного шоу-бизнеса», а потом ты обнаруживаешь себя в полной изоляции.
Алёна терпела несколько лет ради сына. Погрузилась в воспитание Кости, отдала его в художественную школу, отдавала ему всю свою нерастраченную нежность. Но в какой-то момент поняла: либо она окончательно потеряет себя как личность, либо надо бежать.
Согласитесь, набрать в себе сил, забрать ребенка и вернуться из благополучной Швейцарии обратно в Москву, где тебя, по сути, никто уже не ждёт на главных ролях — это поступок настоящей женщины. Она выбрала свободу.
Возвращение из небытия и короткое счастье: «Я просто учусь радоваться каждому дню»
Вернувшись в Москву, Алёна буквально собирала жизнь по кусочкам. Сына надо было устраивать в школу, саму себя — возвращать в профессию. И ведь смогла! Появились роли в сериалах («Бедная Настя», «Дорогая Маша Березина»), новые спектакли, где на неё снова шли зрители.
И ещё один момент, о котором мало кто знает: в её жизни появился второй муж, Евгений Морозов. Они познакомились случайно, когда он просто помог ей донести тяжелые пакеты до машины. Это был яркий, бурный роман, но… залечить старые раны оказалось слишком сложно, да и характеры у обоих были непростые. Они расстались, хотя, говорят, Евгений потом долго жалел об этом.
Кстати, сама Алёна как-то обронила в одном разговоре фразировку, которая мне запала в душу: «Стараюсь просто следить за своими мыслями и радоваться жизни. Чем злее человек, тем он хуже выглядит, я в этом убеждена!». И вы знаете, она реально так жила — без злобы, без обиды на судьбу. По крайней мере, внешне она всегда излучала только тепло.
Страшный диагноз и последний вздох: почему она скрывала правду от всех?
А потом случился 2009 год. Диагноз прозвучал как гром среди ясного неба — агрессивная форма онкологии, рак груди.
Знаете, что поражает больше всего? Она практически никому не говорила о своей болезни. Не хотела жалеть себя, не хотела, чтобы на неё смотрели с сочувствием. Брат Фёдор Бондарчук поднял на ноги всех, кого мог, устроил её в одну из лучших клиник Израиля. Алёна проходила тяжелейшее лечение, на время вырывалась в Иерусалим, молилась у Святых мест… Она до последнего верила, что справится.
Но болезнь прогрессировала слишком быстро. Когда стало понятно, что врачи бессильны, Алёна попросила увезти её домой, в Москву. Ей хотелось уйти тихо, окруженной родными стенами, а не больничным кафелем.
7 ноября 2009 года ее не стало. Ей было всего 47 лет… Почти у самого финала рядом был её единственный сын Костя, который держал её за руку до самого последнего вздоха. Он потом вспоминал, что мама ушла невероятно достойно, без паники, просто тихо уснула.
Похоронена Алёна Бондарчук на Новодевичьем кладбище, совсем рядом со своим знаменитым отцом. Когда я пересматриваю старые кадры с ней или её сыном в «9 роте», меня всегда охватывает какая-то светлая грусть. Такая короткая, невероятно красивая и в то же время трагичная судьба. Жизнь, в которой было всё — и дворянская стать, и золотая клетка, и мужество сбежать в никуда, и великая материнская любовь.
А вы помните роли Алёны Сергеевны? Какая из её героинь вам заполнилась больше всего?
