Кира Прошутинская -телеведущая, чей голос десятилетиями звучал в каждой гостиной страны. Мы привыкли видеть ее спокойной, внимательной, чуть отстраненной — хозяйкой легендарного «Авторского телевидения», которая знала о своих героях всё, но о себе предпочитала молчать.
Кира Прошутинская создала формат искреннего разговора, научив миллионы людей сопереживать чужой боли, в то время как свою собственную она бережно прятала за безупречным гримом и аристократичной осанкой.
Лишь на пороге своего восьмидесятилетия эта удивительная женщина решилась приоткрыть завесу тайны над биографией, которая по драматизму не уступит ни одному телевизионному роману.
Тень дворянского прошлого в коммунальном переулке
Детство будущей звезды экрана прошло в декорациях, далеких от глянца. Обычная московская коммуналка, где личное пространство Киры ограничивалось углом, завешенным скромной занавеской. Но именно в этой тесноте ковался ее характер.
Главным человеком в жизни Киры стала бабушка — женщина редкой судьбы и выправки. Мало кто знал, что под маской советской пенсионерки скрывалась настоящая дворянка, вернувшаяся из эмиграции во Франции в грозовом 1918 году.
Она не просто передала внучке манеры и внутреннее достоинство, но и на собственном примере показала, что интеллект — это лучшая броня. В эпоху, когда письма из-за границы могли стать поводом для допроса, бабушка самостоятельно выучила немецкий и английский, чтобы помогать внучке общаться со сверстниками из-за рубежа.
Школьные годы Кира вспоминать не любит — слишком много обид хранит память о «рыжей девчонке», которая всегда чувствовала себя белой вороной. Сверстники не упускали случая подразнить ее за огненный цвет волос. Мама, пытаясь утешить дочь, приводила самый невероятный по тем временам аргумент: «Даже Ленин был рыжим, просто он красился».
Кира верила, и эта детская вера помогала ей держать голову высоко. Всё изменилось, когда семья переехала на Крестьянскую Заставу. В новой школе Кира вдруг оказалась не одна — судьба подарила ей встречу с такими же «избранными», как она сама. Ее новыми друзьями стали Алла Пугачева и Слава Фишкина. «Мы с другой планеты», — шутила тогда Алла, и рыжая троица стала неразлучной.
Тайна «младшей» подруги и первый успех
Судьбы Киры и Аллы сплелись так тесно, что со временем это породило одну из самых обсуждаемых загадок шоу-бизнеса. Официально считается, что Примадонна родилась в 1949 году, в то время как Кира — в 1945-м. Однако воспоминания Прошутинской о том, как они сидели за одной партой и даже конкурировали за внимание одного и того же мальчика, заставляют исследователей сомневаться в официальных цифрах.
Сложно представить, что в суровые школьные годы шестнадцатилетняя девушка всерьез соперничала бы из-за кавалера с двенадцатилетней «малышкой». Очевидно, что подруги были ровесницами, и именно Кира стала для будущей звезды проводником в мир большого искусства.
Уже на первом курсе журфака МГУ Кира вела популярный «Будильник». Именно она привела в студию робкую рыжую подругу, которая тогда смертельно боялась камер. Пугачева аккомпанировала за кадром, даже не мечтая о сольной карьере на ТВ.
Прошутинская видела в ней то, что скрывалось за страхом, — огромный дар. Позже Кира снимет о подруге фильм «Я — рыжая, я — другая!», став единственным человеком, способным говорить с Аллой на равных, без прикрас и лести.
Телевизионная империя и африканская пыль
Карьера самой Прошутинской взлетела стремительно. Всего за четыре года она прошла путь от рядового корреспондента до заместителя главного редактора «молодежки» Центрального телевидения.
Под ее крылом родились проекты, изменившие сознание страны: «А ну-ка, девушки!», «Взгляд», «12-й этаж». В 1988 году Кира совершила революцию, основав «Авторское телевидение» (АТВ) — первую независимую компанию, которая дала жизнь таким программам, как «Мы», «Старая квартира» и «В поисках утраченного».
Личная жизнь теледивы была не менее бурной, чем профессиональная. Первый брак с Вячеславом Прошутинским случился в девятнадцать лет. Именно его фамилию она прославила на всю страну, хотя сам союз продержался недолго.
Сын Андрей родился, когда Кире было двадцать три. Работа была для нее воздухом: она снималась до восьмого месяца беременности, а спустя три недели после родов уже была в кадре. «Наверное, я была не самой правильной мамой», — признается она сегодня, хотя сын стал ее главной гордостью и опорой.
Второй муж, дипломат Леонид Сапрыкин, увез ее в Африку. На четыре года звезда советского экрана сменила свет софитов на жару и пыль Мали, работая заведующей клубом при посольстве. Но сердце журналистки требовало другой энергии.
Третьим мужем стал Анатолий Малкин — человек, с которым они создали не просто семью, а целую медиаимперию. Тридцать лет они были неразлучны в жизни и в бизнесе, пока в их дом не пришла беда, ставшая последним испытанием.
Испытание на излом: когда уходят герои
В 2010 году жизнь разделилась на «до» и «после». Всё началось с крошечного новообразования на носу. Плотный телевизионный грим долго помогал скрывать проблему, но в какой-то момент болезнь заявила о себе в полный голос.
Профессор на Каширке лишь горько спросил: «Зачем так тянули?». За этим последовали восемь мучительных операций и год тяжелейшего лечения. Врачи не давали гарантий, а хирург Александр Неробеев признавался, что ночами молился за свою пациентку.
Самым страшным для Киры была не смерть, а возможность потерять лицо — буквально и фигурально. Для женщины, чья профессия — быть в кадре, деформация внешности означала финал карьеры. В этот момент произошло то, что ранило Киру больнее самого диагноза: ее муж, верный соратник Анатолий Малкин, не выдержал испытания болезнью близкого человека и ушел.
Это было предательство, которое невозможно оправдать, но которое Кира нашла в себе силы пережить с тем самым достоинством, которому учила ее бабушка-дворянка. Даже Пугачева, предлагавшая клиники в Майами и Нью-Йорке, не смогла поколебать ее решения лечиться дома: «Если суждено — умру в России».
Тихая радость восьмого десятилетия
Сегодня Кира Александровна живет в другом ритме. 15 сентября 2025 года она отметила 80-летний юбилей — красивая, статная, всё с тем же пронзительным взглядом. Она больше не стремится на экран. Усталость от чужих откровений сменилась потребностью в тишине. Главное богатство сегодня — это семья: сын Андрей, три внучки и уютный дом, который она недавно впервые показала публике.
Более двадцати лет Прошутинская ведет дневники, записывая свои мысли о людях, с которыми ее сводила судьба: от Градского до Жванецкого. Эти записи — не просто мемуары, а способ осмыслить пройденный путь. Даже финансовые потрясения последних лет, когда из-за недобросовестных инвесторов она потеряла миллионы, не сломили ее.
Она научилась ценить не нули на счетах, а право просыпаться в мире, где ее любят по-настоящему. «Я трачу силы на другое», — говорит она, и в этой фразе слышится мудрость женщины, которая наконец-то позволила себе просто быть счастливой, без камер и аплодисментов.
