У Никаса Сафронова наступила напряженная пора. Буквально через пару дней Народному художнику России исполнится 70 лет. Накануне праздничной даты Никас откровенно рассказал о своей сегодняшней жизни и отношениях с женщинами, которыми не всегда складывались просто.
Никас, с каким настроением подходите к юбилею?
С хорошим. Я не осознаю, что у меня какой-то юбилей, тем более тот, о котором мы говорим (улыбается). Физически, да и духовно, я чувствую себя где-то на 40 лет. Правда, когда несколько дней сплю по 1-2 часа, то чувствую себя глубоким стариком. А когда высплюсь, то все приходит в норму и ощущение внутри, и мысли с перспективой еще на сто лет.
Для меня возраст — это всего лишь цифра в паспорте, а не в душе или в голове. Часто ты взрослеешь не потому, что приходит возраст и с ним прочие сопутствующие процессы, а потому что тебе все об этом напоминают «Оооо, вам уже 40. Ооо, вам уже 60» и так далее.
И ты начинаешь задумываться, как, когда ты был совсем молодым, в твоих глазах люди, которым за 40, казались глубокими старцами. В общем, можно сказать, что я стараюсь об этом вообще не думать.
Да и выглядите вы хорошо, не по своим годам! Наверное, спортом активно занимаетесь, правильно питаетесь?
К сожалению, спортом занимаюсь очень редко — 2-3 раза в месяц удается вырваться в бассейн, и все. Скорее всего, это генетика, переданная мне от родителей. Папа прожил почти 95 лет, мог бы и еще дольше прожить, но он простудился, и его неправильно лечили. Да и питаюсь я, как какой-то Барбос, (улыбается) — что нахожу в холодильнике, когда утром возвращаюсь из мастерской, то и съедаю.
Я предпочитаю самую простую еду — манную или гречневую кашу, сибирские пельмени, борщ, плов. То, что доступно всем и продается практически везде. Но у меня совершенно нарушенный график. Плотно ем я обычно поздно вечером, а то и ночью. Потом всю ночь работаю до 6-8 утра, потом ем что найду. Потом сплю часа 4-5. А днем обычно не до еды.
Вы считаетесь завидным холостяком…
Я бы не согласился ни с завидным, ни с холостяком. Для меня уже брак потерял ту актуальность, которая была в моей юности. Я считаю, что жениться нужно вовремя, хотя бы до 35-40 лет. Сегодня можно просто жить, встречаться, баловать того, кто рядом с тобой. А штамп в паспорте ничего тебе уже не даст. У меня есть девушка, она не требует идти с ней в ЗАГС, и это меня устраивает.
Вы же с любимой не вместе живете?
Нет, мы встречаемся. Но потому, что я много работаю и много езжу по стране и миру, не всегда получается часто с ней общаться. Это могло так же происходить и в браке — ничего от этого бы не изменилось.
Вы же в ЗАГСе уже были дважды?
Да. Первой моей женой была француженка сербского происхождения. Второй — итальянка, у нас с ней есть общий сын Стефано, который прожил всю жизнь в Англии, а сейчас работает в Париже. Я и на этих женщинах не хотел жениться, но так сложились обстоятельства.
На одной женился в советское время, потому что это давало мне возможности ездить по миру и изучать старых мастеров, что было моей мечтой. И хотя брак был недолгим, он открыл для меня перспективы выставляться, чтобы показать свое искусство миру.
Вторая жена оказалась незапланированно беременной и хотела, чтобы ее родители, очень верующие католики, знали, что у нее все законно. Я пошел навстречу. Прожили мы год, хотя в браке числились около 13 лет.
Это не говорит о том, что я был тогда очень ветреный, просто, когда мы жили в Москве, она была тихой, спокойной, послушной, а когда мы переехали за границу — сначала в Италию, а потом в Англию — характер у нее резко изменился. Она все время была на взводе, все время скандалила.
Рассчитывала, наверное, что я обеспечу ей роскошную жизнь, но на тот момент я не мог себе этого позволить, я только начинал свою творческую карьеру. Возможно, сегодня она жалеет, что так вела себя, но время уже ушло.
Но я благодарен ей за сына, которого она мне родила. К сожалению, мы с ним мало общаемся. Но зато у меня есть сын Лука, хотя и не рожденный в законном браке, но он мне близкий человек, друг и помощник.
В вашей жизни было немало ярких романов. Вы сами сколько раз, считаете, любили по-настоящему?
Любил я многих, я человек влюбчивый. К сожалению, ни с одной из них не смог построить семью. Вообще, по своему характеру я человек очень мягкий. Я никогда не доминирую, я не тот узурпатор, который подавляет волю ближнего. Я своих подруг всегда баловал, отправлял в путешествия, иногда даже с их родителями, делал дорогие подарки.
Все это происходило до того момента, пока человек не забывался и не начинал вести себя так, как меня не устраивало. И тогда я уходил — без ругани и скандалов, наоборот, некоторых из них даже после расставания (часто по их вине) я и дальше поддерживал и до сих пор поддерживаю. А детей, которые появлялись от некоторых связей, принимал и по мере возможности помогал. Сегодня они уже все взрослые и не нуждаются в поддержке, но мое плечо всегда рядом.
Ваши влюбленности никогда не мешали творчеству?
Время от времени мешали. Например, у меня была девушка, из-за которой я прервал активную работу на целых три года. Она мне не давала работать совершенно. Все время заставляла меня ревновать ее, безумно ревновала меня. Следила за мной, а я — за ней. У нас были все время скандалы. Она могла прийти и поломать всю мебель, когда меня не было дома.
Разбить телевизор или видеомагнитофон — в то время это была большая ценность. И вместо того, чтобы обидеться, я думал: «Значит, она меня сильно любит». Ехал к ней и снова пытался вернуть ее. Но потом мне надоело все. Я хотел с ней жить спокойно, без скандалов, а она уже не могла без ссор, поэтому нам пришлось расстаться.
А что за история, что вы встречались с колдуньей?
Такое, действительно, было в моей жизни. Я, естественно, не знал, что она поколдовывает. С этой девушкой меня познакомил мой друг Валя Гафт в аэропорту. Помню, он мне сказал: «Никасевич, она точно твоя. Похожа на испанку».
Мы обменялись телефонами, я стал ей звонить, но она не брала несколько дней трубку… Спустя время мы все-таки встретились. Я понимал, что просто не могу без наших встреч, общения… Меня какими-то невероятными силами прямо к ней тянуло!
Спустя время она начала настаивать на том, чтобы мы узаконили отношения. Делала это в навязчивой, порой даже грубой форме. Я жениться не хотел. Да и официально был еще в браке с итальянкой. Когда она поняла, что я не намерен жениться, прекратила со мной общение. Я, честно говоря, переживал, меня тянуло к ней. Мы потом с ней еще один раз встретились спустя несколько месяцев.
Я уже успел от нее отойти. И у меня будто пелена с глаз упала. Я не мог понять, что меня так привлекало в ней. Понял, что это совершенно другой человек, не тот, который меня раньше привлекал. Позднее мне ее подруга, с которой я общался, рассказала, что она ворожила.
Много лет спустя эта девушка позвонила мне и попросила о помощи. Я сказал, что попробую помочь. Она перезвонила тут же и стала меня ругать почем зря. Выяснилось, что в тот момент она находилась в психиатрической лечебнице. Сейчас я понимаю, что, когда ты попадаешь в поле влияния таких людей, у тебя что-то меняется в голове. Ты не понимаешь, что с тобой происходит, что тебя к ним так тянет.
Вы после этого не разочаровались в любви?
Нет, конечно. Я до сих пор верю в любовь.
В вашей жизни было немало ярких романов и с известными женщинами…
Я никогда не делал различий — известная, богатая или бедная. Если я встречался, то только потому, что мне этот человек нравился независимо от его социального и финансового положения.
Я несколько лет назад наблюдал за вашей случайной встречей с Татьяной Васильевой, с которой у вас тоже в свое время был роман. Мне показалось, что вы до сих пор на нее нежно смотрите!
Я бы не сказал, что нежно смотрю. Я не вижу ее иногда годами. Когда встречаемся где-то, мы здороваемся, приветствуем друг друга… Можем даже поцеловаться в щечку. Таня — прекрасный человек. У нас был какое-то время красивый роман. Казалось, что это надолго. Мы встречались, потом могли несколько недель не видеться… Потом созвониться и куда-то полететь в отпуск.
Потом опять неделями не общаться. Так длилось года два, наверное. Мы расстались нормально, без скандалов. Я вспоминаю о ней с теплотой. Я всегда удивлялся ее отношению к детям. Для нее дети — это все. Она, как коршун, над ними, оберегала их от всех невзгод и неприятностей. Настоящая мама! Я иногда смотрю ее в театре и получаю удовольствие.
Как вам удается не ругаться с бывшими, с кем-то даже дружить?
Я вообще не скандальный человек. А зачем ругаться? Любой роман дает много позитива и радости. Как минимум на начальном этапе. Я всегда помню только хорошее. А неприятные моменты забываю. Я благодарен всем женщинам, с кем я общался.
Они дали мне какую-то частицу своего тепла, любви и важный жизненный опыт. Женщины для художника всегда играли большое значение. Я старался за редким исключением расстаться мягко. Редкое исключение — это моя жена Франческа, о которой я вам уже говорил выше.
Что вас беспокоит сейчас, в юбилей?
В первую очередь здоровье моих братьев и сестры. Я всегда переживаю, хочу, чтобы они были здоровы, и делаю для этого все. А еще беспокоит то, что не один год в моей квартире течет крыша. И всякий раз, когда приходит новая бригада строителей, они клянутся, что все исправят. Но каждый раз после их ухода крыша течет еще больше. Я сменил, наверное, уже пять бригад.
Сейчас появилась еще одна команда строителей, которая, по-моему, обнаружила причину протечки. Берут обязательство устранить все неполадки, перекроить крышу. Будем надеяться, что они сделают так, чтобы я не беспокоился об этой проблеме. Раньше у себя я устраивал приемы, а сейчас этого делать не могу, так как неудобно перед гостями. Вдруг начнется дождь, и начнет капать сверху.
О вашей квартире ходят легенды. Особенно о кровати Марии-Антуанетты. Вы сами на ней спали?
Нет, ни разу. У меня есть, где спать. В моей квартире несколько спален и пять или шесть кроватей. До кровати Антуанетты очередь пока не дошла (улыбается). Но на ней спали мои друзья, которые у меня останавливались. Николай Николаевич Дроздов спал, Настасья Кински, Софи Лорен… Говорят, что удобная.
Никас, себе лично что пожелаете в свой день рождения?
Не потерять интереса к работе, — творить, создавать что-то новое и делиться этим со всеми миром, не останавливаться на достигнутом. Ведь, как я сказал еще в начале нашего разговора, возраст — это лишь цифра в паспорте, а значит, никогда не поздно начинать новое. А идей у меня еще очень много.
