Барнаул дал Леониду Агутину и Анжелике Варум именно то, за чем артисты приезжают на гастроли, – полный зал, дорогие билеты и горячую публику. Казалось бы, идеальный вечер. Но стоило погаснуть последнему софиту, как в городских пабликах начался совсем другой концерт. Люди стали считать деньги.
И тут прозвучало то самое: «Во хитрющие, не ожидал от них такого». Потому что одно дело – заплатить за качественное шоу. И совсем другое – почувствовать, будто ваши кровные потом превращаются в красивую жизнь где-нибудь далеко от той самой публики, которая эти деньги принесла.
Билеты кусались, но зал всё равно был полон
Цены на концерт были совсем не символическими. В обсуждениях фигурировали суммы от нескольких тысяч рублей за обычные места до 20 тысяч за самые дорогие категории. Для Москвы кого-то это уже не удивляет.
Но в региональном городе 20 тысяч за вечер – это серьёзная сумма. У кого-то половина зарплаты, у кого-то продукты на месяц, у кого-то платёж по кредиту. И всё равно люди пришли. Вот это, пожалуй, главный парадокс.
Зрители возмущались ценами, шутили, ругались, но к началу концерта свободные кресла пришлось ещё поискать. Значит, музыка всё-таки сильнее кошелька? Или ностальгия умеет продавать билет лучше любой рекламы?
Концерт, к которому трудно придраться
Само выступление, судя по отзывам, получилось действительно крепким. Живой звук, музыканты, духовые, клавишные, выстроенный свет. Никакой дешёвой ярмарки с фонограммой и дежурными танцорами.
Агутин держал сцену привычно уверенно. Варум выглядела почти невесомо – светлая свободная рубашка, блестящие брюки, ничего кричащего.
Я как стилист такое люблю. Когда артист не пытается доказать свою значимость костюмом размером с люстру, а выходит в одежде, которая помогает музыке, а не спорит с ней. И песни работали.
«Городок», «Осенний джаз», «Хоп хэй, лала-лэй», «Аэропорты». Тут уже никакая интернет-критика не отменит простого факта, что у пары огромный багаж хитов, который публика знает наизусть.
После аплодисментов началась арифметика
Но стоило зрителям разойтись, как настроение изменилось. В комментариях начали вспоминать всё сразу: и дорогостоящие билеты, и разговоры о недвижимости за границей, и долгие периоды жизни семьи вне России. И тут уже обсуждали не музыку. Обсуждали принцип.
Мол, вы приезжаете в российские города, собираете полные арены, получаете гонорары, а потом возвращаетесь туда, где вам комфортнее жить. Именно это раздражает часть публики сильнее цен. Не сам Майами. Не заграничная квартира. А ощущение, что зритель здесь нужен как источник дохода.
Мне вообще кажется, люди спокойно относятся к чужому богатству, пока не чувствуют себя банкоматом. Как только появляется впечатление «деньги наши, жизнь ваша где-то там», начинается совсем другой разговор.
Майами стал символом, а не адресом
Важно понимать, когда в комментариях пишут про Майами, речь часто уже даже не о конкретной недвижимости. Это образ. Символ красивой жизни за океаном, которая контрастирует с региональным зрителем, выкладывающим пять, десять или двадцать тысяч за вечер.
Кто-то написал в сети шутку, мол, за такую цену Агутин должен был приехать на дачу, вскопать огород и спеть дуэтом с тёщей. Грубо? Да. Но очень показательно. Люди не обязательно считают, что артист обязан жить в той же пятиэтажке, что и его поклонники. Они понимают, что успешный музыкант зарабатывает больше.
Но хотят чувствовать уважение. И вот тут начинается тонкая грань между большим гонораром и ощущением, что публику просто хорошо монетизируют.
Идеальная пара попала под раздачу
Не обошлось и без привычных разговоров о браке Агутиной и Варум. Совместная песня «Я буду всегда с тобой» для многих стала самым тёплым моментом вечера. Но в интернете тут же нашлись люди, которые вспомнили старые слухи, семейные кризисы и публичные истории прошлых лет.
Вот уж действительно, публика ничего не забывает. Мне иногда даже жалко звёзд в этом смысле. Обычный человек поссорился с супругом, помирился и через год никто не помнит. У известной пары любой старый эпизод достают из архива при первом удобном случае.
Самый неудобный вопрос в этой истории звучит вовсе не так: имеют ли Агутин и Варум право жить там, где им хочется? Разумеется, имеют. И не так: имеют ли они право ставить дорогие билеты? Если зал покупает – рынок ответил. Вопрос другой.
Почему люди, которые так возмущаются звёздными гонорарами и зарубежной жизнью артистов, всё равно заполняют арену до последнего места? Вот где настоящая интрига.
Потому что пока публика платит, никакой громкий комментарий в интернете не меняет систему. Можно написать: «Хитрые приспособленцы!» Можно возмущаться Майами. Можно считать чужие квартиры. Но билет уже куплен. Деньги уже отданы.
И, возможно, поэтому шоу-бизнес прекрасно знает простую истину. Зритель может сколько угодно ругаться после концерта, главное, чтобы до концерта он дошёл до кассы.
Как вы считаете, артист вправе зарабатывать в России и жить там, где ему удобно, или публика имеет право ждать от звезды большей связи со страной, в которой она получает основные гонорары?
