В советские времена мужское одиночное фигурное катание не пользовалось такой популярностью, как выступления спортивных пар. На международных турнирах годами главенствовали зарубежные спортсмены, а советским болельщикам оставалось надеяться, что однажды появится свой чемпион, способный изменить расстановку сил.
Таким спортсменом стал Сергей Четверухин высокий, статный москвич, чьё катание отличалось не только техникой, но и особой артистичностью. Он не завоевал олимпийское золото, однако сумел добиться того, чего до него не удавалось ни одному советскому одиночнику.
Сергей родился в Москве 12 января 1946 года. На лёд он пришёл в девять лет по нынешним меркам довольно поздно для будущего спортсмена высокого уровня. В секцию его привёл старший брат, а первым тренером стала Татьяна Толмачёва. Сначала особых надежд на мальчика не возлагали, но он компенсировал недостаток раннего опыта упорством и трудолюбием. Четверухин часами отрабатывал скольжение, повороты и обязательные фигуры, постепенно превращаясь в одного из самых перспективных фигуристов страны.
Спортом его интересы не ограничивались. Сергей поступил в МВТУ имени Баумана и сумел совместить серьёзную учёбу с изнурительными тренировками. Это требовало огромной самоорганизации: лёгких поблажек из-за соревнований никто не обещал. Впоследствии он окончил вуз, получив техническое образование, которое выгодно отличало его от многих коллег. На льду Четверухин тоже подходил к делу вдумчиво: ему было важно не просто выполнить элемент, а понять, как добиться большей точности и выразительности.
Первые международные выступления не принесли мгновенного успеха. На чемпионате мира 1965 года Сергей занял лишь семнадцатое место, а на следующих турнирах постепенно поднимался в протоколах. В 1968-м он выиграл зимнюю Универсиаду и выступил на своей первой Олимпиаде в Гренобле, где стал девятым.
- Для советского фигурного катания это был важный шаг, но самому спортсмену хотелось большего. Он понимал: чтобы соперничать с сильнейшими, необходимо менять подход к подготовке.
Переломным моментом стала работа со Станиславом Жуком требовательным тренером, известным жёсткой дисциплиной. Его методы подходили далеко не всем, но Четверухин сумел извлечь из этой системы пользу. Он стал уделять внимание не только обязательным фигурам, от которых тогда во многом зависел итоговый результат, но и произвольной программе. Постепенно Сергей вышел на уровень, позволявший бороться за медали крупнейших соревнований.
В 1969 году он завоевал бронзу чемпионата Европы, а в 1971-м стал первым советским одиночником, получившим медаль чемпионата мира. В Лионе Четверухин занял третье место, хотя произвольная программа далась ему непросто. Эта награда стала исторической: советская школа мужского одиночного катания наконец заявила о себе на мировом уровне. Вскоре Сергей закрепил успех, выиграв серебряные медали чемпионатов Европы и мира.
Главным соперником москвича был чехословацкий фигурист Ондрей Непела. Их противостояние стало одним из заметных сюжетов международного катания начала 1970-х. Непела особенно силён был в обязательных фигурах технической части соревнований, где спортсмены должны были вычерчивать на льду сложные узоры с предельной точностью. Четверухин же производил особенно сильное впечатление в произвольной программе: его отличали уверенное скольжение, выразительные позы и артистизм. В зрительской памяти он остался фигуристом с настоящей сценической статью.
Кульминацией этой борьбы стала Олимпиада 1972 года в японском Саппоро. Четверухин провёл блестящую произвольную программу и получил за неё первое место, но по итогам двух частей соревнований уступил Непеле.
В обязательных фигурах советский спортсмен оказался третьим, и накопленного отставания не удалось компенсировать даже выдающимся выступлением. Сергей завоевал серебро первую в истории советского мужского одиночного катания олимпийскую медаль. Для страны, которая долго не могла приблизиться к пьедесталу в этой дисциплине, результат имел огромное значение.
На этом достижения не закончились. В 1972 году Четверухин вновь стал серебряным призёром чемпионата мира, а в 1973-м повторил этот результат. Он шесть раз выигрывал чемпионат СССР, оставаясь одним из лидеров отечественного фигурного катания. Казалось, впереди у спортсмена ещё несколько сезонов на высшем уровне. Но после ухода Непелы из любительского спорта Сергей неожиданно для многих тоже решил завершить соревновательную карьеру.
По воспоминаниям о его решении, Четверухин не хотел дожидаться момента, когда главные соперники разойдутся, а победы станут даваться проще. Ему было важно, чтобы результат имел настоящую спортивную ценность. Поэтому он ушёл в 27 лет, не дожидаясь возможного мирового золота. Это решение и сегодня вызывает споры: одни считают его проявлением принципиальности, другие уверены, что Сергей мог бы добиться ещё более впечатляющих результатов. Но именно ранний уход добавил его биографии оттенок недосказанности.
После завершения выступлений Четверухин попробовал себя в роли тренера. Среди его учеников был будущий чемпион мира Владимир Ковалёв, однако надолго в этой работе Сергей не остался. Его привлекала возможность соединить спорт и искусство, поэтому он стал солистом Московского балета на льду. На протяжении примерно десяти лет он выступал в ледовых постановках, где можно было раскрывать характер и музыкальность без строгих рамок спортивного протокола. Здесь его артистизм оказался не менее востребованным, чем на соревнованиях.
В 1990 году жизнь фигуриста круто изменилась. Канадский олимпийский чемпион Дональд Джексон пригласил его работать за океаном, и Четверухин переехал в Канаду. Сначала он обосновался в Монреале, а позднее перебрался в Торонто. В новой стране Сергей продолжил тренерскую деятельность и познакомился с другой системой подготовки. В одном из интервью «Спорт-Экспрессу» он объяснял, что в Канаде на каток приходят не только дети, которых готовят к профессиональной карьере, но и те, кто занимается фигурным катанием ради удовольствия и здоровья. По его словам, он работал с обеими группами, и такой подход ему нравился.
За океаном сложилась и личная жизнь спортсмена. Четверухин женился на канадке японского происхождения. В интервью он с теплом рассказывал о супруге, отмечая, что она умеет готовить борщ и печь русские пирожки. У пары есть дочь. При этом фигурист не стремится превращать семейную жизнь в публичное шоу: о близких он рассказывает немного, предпочитая оставаться в стороне от громких историй и светских обсуждений.
Сергей Александрович продолжает жить в Торонто и заниматься фигурным катанием. Он работает с детьми и подростками, помогает начинающим спортсменам осваивать первые элементы и делится опытом, накопленным за годы выступлений. Его карьера давно завершилась, но знания, которые он получил у Толмачёвой и Жука, по-прежнему находят применение на льду.
Позднее советская и российская школа одиночного катания подарила миру Илью Кулика, Алексея Ягудина, Евгения Плющенко и других чемпионов. Однако одним из тех, кто первым проложил дорогу к большим международным результатам, был именно Четверухин. Он доказал, что советский фигурист способен не просто участвовать в борьбе с сильнейшими, а всерьёз претендовать на победу.
Его серебро Саппоро не превратилось в золото, но вошло в историю спорта. Четверухин оставил соревнования тогда, когда ещё мог продолжать карьеру, и выбрал другой путь сначала ледовые спектакли, затем работа тренером в Канаде. Сегодня его вспоминают как элегантного спортсмена с редким сочетанием интеллекта, дисциплины и артистизма. И, пожалуй, главное в его судьбе не то, что он так и не стал чемпионом мира, а то, что он помог изменить представление о возможностях советского мужского фигурного катания.
