Красавица со стальным характером, чьё лицо в пятидесятых знали абсолютно все в СССР — от пионеров до генсеков. Нинель Мышкова. Помните её невероятные глаза в «Садко» или «Илье Муромце»? Она казалась сошедшей с холста ожившей сказкой, идеалом, до которого невозможно дотянуться.
Но мало кто знал, что за этой глянцевой шикарной картинкой скрывалась женщина с невероятно сложной, порой до боли драматичной судьбой. И сегодня я хочу рассказать вам историю, от которой сжимается сердце. История о том, как угасала главная сказочная царевна советского экрана, и почему её уход стал примером какой-то запредельной, абсолютной сыновней любви.
Роковая женщина из генеральского дома: Мужья, интриги и разбитые сердца
Знаете, когда смотришь на её ранние фото, сразу понимаешь — эта девочка не могла прожить тихую, незаметную жизнь. Дочь боевого генерала артиллерии, родившаяся в переломном 1926 году, она получила странное, чисто советское имя Нинель (Ленин наоборот, если кто забыл).
Но никакой пролетарской скромности в ней не было и в помине. Роскошная, породистая, с манерами настоящей аристократки. Неудивительно, что мужчины теряли от нее голову.
Первым в её капкан попал молодой Владимир Этуш. Представляете этот накал страстей? Но брак продержался недолго — двум гениям в одной квартире ловить было нечего. Потом был композитор Антонио Спадавеккиа (тот самый, что написал музыку к «Золушке»), который был намного старше.
Но настоящая, сумасшедшая любовь накрыла ее, когда она встретила кинооператора Константина Петриченко. Именно от него Нинель родила своего единственного и самого любимого сына Костю. Но и тут не сложилось. Настоящим вихрем в её жизнь ворвался режиссёр Виктор Ивченко.
Это был роман на разрыв аорты, ради которого Ивченко бросил семью, а Нинель уехала за ним в Киев. Десять лет они дышали друг другом, пока внезапный инфаркт режиссёра не оборвал эту идиллию прямо на съёмочной площадке. Для Мышковой это стало первым страшным ударом, после которого её внутренний стержень дал трещину.
Угасание сказки: Почему телефон Марии-искусницы замолчал навсегда?
После смерти Ивченко в 1972 году всё резко покатилось под откос. Кинематограф — штука жестокая, а уж к стареющим актрисам — жестокая вдвойне. Нинель было всего под пятьдесят, возраст для кино вполне рабочий, но режиссёры словно забыли её номер. Последнюю заметную роль она сыграла в фильме «Гадюка», а дальше — тишина. Думаю вы понимаете, как это бьёт по самолюбию человека, который привык к обожанию миллионов.
Она замкнулась. Превратилась из блистательной кинодивы в затворницу. Перестала давать интервью, не пускала на порог журналистов. И, что самое страшное, начала прогрессировать болезнь. Сначала это были просто лёгкие провалы в памяти, какая-то рассеянность, которую списывали на депрессию после потери мужа. Но реальность оказалась куда более зловещей. У Нинель Мышковой диагностировали склероз головного мозга — страшный недуг, который постепенно, шаг за шагом, стирает личность человека, оставляя от него лишь телесную оболочку.
Забытая всеми звезда против безжалостного недуга
Последние двадцать лет жизни актрисы превратились в тихий, невидимый миру ад. Болезнь не щадила ничего. Блистательная женщина, которая когда-то сводила с ума мужчин одним взглядом, перестала узнавать близких, путала времена года и забывала, кем она была. Это реально страшно, когда человек физически здесь, а ментально — уже где-то очень далеко.
«Знаете, ей казалось, что она всё ещё снимается, — вспоминали позже знакомые семьи. — Она могла часами сидеть у окна и ждать, что за ней приедет съёмочная машина. Она жила в своём, придуманном мире сказок, которые когда-то принесли ей славу».
Коллеги по цеху практически перестали её навещать. Кто-то боялся увидеть её немощной, кто-то просто закрутился в собственных делах. Обычная история для киношной тусовки — с глаз долой, из сердца вон. Но Нинель Константиновна не осталась одна. Рядом был человек, который заменил ей весь мир.
Последний приют царевны: Подвиг сына, о котором молчали газеты
Её сын, Константин Петриченко, к тому времени стал успешным дипломатом. У него была своя жизнь, карьера, возможности. Другой бы на его месте, давайте честно, нанял бы кучу сиделок или устроил маму в престижный спецпансионат — деньги-то позволяли. Но Константин поступил иначе. Он фактически положил свою жизнь на алтарь заботы о матери.
Он окружил её такой невероятной, фантастической заботой, которую редко встретишь. Костя сам готовил ей еду, сам мыл, кормил с ложечки, когда она уже не могла держать приборы. Он возил её по лучшим врачам, во Франции покупал редчайшие лекарства, которые в союзе и начале девяностых вообще нельзя было достать.
Он делал всё, чтобы продлить её дни и, главное, чтобы она не чувствовала себя брошенной. Это был не просто сыновний долг, это была какая-то абсолютная, святая любовь. Константин оградил её от внешнего мира, чтобы никто не видел её слабости, чтобы в памяти людей она осталась той самой прекрасной Алёнушкой или Марьей-искусницей.
Она ушла тихо, осенью 2003 года, буквально на руках у своего Кости, успев в последнюю секунду посмотреть на него своими когда-то знаменитыми глазами, в которых на миг мелькнуло понимание. Он был с ней до самого последнего вздоха, доказав, что настоящая любовь и преданность бывают не только в старых добрых фильмах, где когда-то блистала его мама.
