— Почему вы недовольны? Я просто к ней заглянул по-соседски!- отбивался Борис от родных девушки-студентки. — У меня самые чистые чувства. К сожалению, позвать жениться не могу, занят и намного старше, но поверьте, я ее ничем не обидел, был вежлив и ласков.
После развода с Татьяной Дорониной Борис Химичев успел жениться дважды. Один из этих браков и вовсе носил почти анекдотичный характер. Как-то раз актер уехал в Тбилиси и вернулся оттуда… с женой. Кавказские родственники грузинской барышни, за которой он решил приударить, сочли ухаживания достаточным основанием для немедленной свадьбы.
В Москве он сразу же подал на развод. Но выводов не сделал и вскоре опять отправился ставить печать в паспорте с женщиной на 36 лет моложе его. Спустя полтора года так же стремительно развелся.
Настоящая любовь настигла актера, когда ему было за пятьдесят. Его избранницей стала Галина Сизова — профессиональный гид, работавшая с высокопоставленными иностранными делегациями на международных книжных выставках.
Их встреча была случайной. Борис зашел в офис к своему другу, оказавшемуся начальником Галины. Пока тот отсутствовал, женщина предложила гостю чашку чая.
Позже Химичев не раз вспоминал тот момент:
— Как только Галя, поставив передо мной чашку, повернулась и пошла к двери этой своей летящей походкой, я сразу понял: вот она, любовь с первого взгляда!
С тех пор он начал за ней настойчиво ухаживать: провожал после работы, оставлял букеты у двери ее квартиры. Впрочем, удивить Галю было непросто. За ее плечами уже было два браки, а в ухажерах — известные политики.
А вот артистов в ее окружении не было. Более того, она прекрасно знала, кто такой Химичев. Видела его на сцене «Маяковки» в нашумевшем спектакле «Да здравствует королева, виват!» рядом с Дорониной.
И тем не менее поначалу Галина воспринимала его как несерьезного поклонника, ведь за ним тянулась яркая и неоднозначная слава. Его репутация ловеласа была настолько известной, что друг Андрей Анкудинов позже вспоминал:
— Если в радиусе километра от Борьки находилась красивая женщина, она обязательно была обласкана его словами. Без добычи он с тусовок ни разу не уходил!
Сам Химичев, не отрицая этого, отшучивался с характерной самоиронией:
— Что поделать, мой организм, видимо, запрограммирован на флирт. Это не диагноз, а особенность натуры.
Он вообще любил иронизировать над собой. За внушительной атлетической внешностью скрывалась ранимая и трогательная натура. В компании Химичев охотно рассказывал забавные байки о своих былых «подвигах». Как в молодости лазил на балкон к возлюбленной, как из-за него чуть не подрались две красавицы.
Делился, как, выйдя рано утром за молоком, мог заглянуть к соседке-студентке, которая ему приглянулась. Однажды родственники этой девушки прознали о визитах и прижали его к стенке.
— Почему вы недовольны? — стал отбиваться актер. — У меня самые чистые чувства. К сожалению, позвать жениться не могу, занят и намного старше, но поверьте, я ее ничем не обидел, был вежлив и ласков.
Каждую такую историю он неизменно заключал одной и той же фразой, словно оправдываясь:
— Это не от легкомыслия, а от деревенского воспитания: если уж подошел к девушке, будь добр, окружи ее вниманием и заботой.
И вот теперь уже немолодой мужчина день за днем терпеливо ждал Галочку у подъезда.
— Галя, а этот статный мужчина, который уже неделю стоит внизу, он к тебе? Похож на какого-то артиста…,- как-то выглянув в окно, спросила мать.
— Ко мне, — спокойно ответила Галина.
— Так что ж он на улице мерзнет? Пригласи его, наконец, в дом. Негоже так с людьми обращаться.
Их отношения перешли в серьезную стадию только через пару месяцев. Но даже тогда у Галины оставались сомнения. Как бы это смешно не звучало, но ее смущало… его происхождение. Однажды в разговоре с матерью она не удержалась:
— Мам, Боря вот замуж зовет, а я все не могу решиться. Он из какой-то украинской деревни Баламутовка…
— А что в этом плохого? — спокойно ответила та. — Главное, чтобы человек был хороший.
Но и после того, как они стали жить вместе, Борис поначалу раздражал Сизову. Ей, привыкшей к изяществу, резало глаз, что он крайне небрежно одевается, а за столом не пользуется ножом.
— Ну что за манеры! — с досадой высказалась она как-то матери. — Прямо пастушьи!
— Манеры, может, и пастушьи, — парировала та, усмехнувшись, — зато внешность настоящего лорда. А еще он мне признался, что хочет прожить с тобой до конца своих дней.
И все же, в отличие от брака с Дорониной, этот был спокойнее и прочнее. Это не означало, что Химичев вдруг перестал замечать красоту: он мог при супруге восхищенно заметить про актрису на экране: «Какая хорошенькая!» Но жена никогда не устраивала сцен.
Да и вопрос об изменах никогда между ними не стоял открыто. Даже если муж возвращался под утро после актерской вечеринки, она могла лишь спросить с укором:
— Ну и что это такое, Боря?
Но чаще просто спокойно спала, не просиживая ночей у окна в тревожном ожидании.
Подруги Сизовой не скрывали легкой зависти. Борис Петрович и спустя годы обожал баловать жену. Стоило ей лишь начать подниматься с кресла, как он тут же вскакивал:
— Галочка, сиди! Я все сам сделаю!
Он мог проснуться раньше, чтобы заварить чай и подать его в постель с ее любимыми свежими булочками.
Его гостеприимство не знало границ. Стоило кому-то позвонить, как он тут же приглашал в гости, прекрасно помня предпочтения каждого, а потом встречал с истинно хлебосольным размахом.
— С Борей на кухне я не конкурирую. Он и купит, и приготовит, и стол накроет так, что все ахнут,- говорила Галина.
Он действительно мог все: заквасить капусту, закоптить рыбу, приготовить идеальный шашлык. Его хозяйственные таланты, впрочем, не были новостью. Еще в браке с Дорониной он их не скрывал.
Как-то Татьяна Васильевна, характеризуя своих мужей, отметила:
— Басилашвили был самым интеллигентным, Радзинский — самым близким, Химичев — самым нежным, внимательным и хозяйственным.
Боря и Галя, как ласково называли их друзья, умели поддерживать друг друга, как никто другой. Когда актера перестали приглашать в кино, а в театре роли сошли на нет, он погрузился в уныние. И тогда жена стала его кинопродюсером. Выбила финансирование для фильма «Князь Юрий Долгорукий», где Химичев получил главную роль.
На одном из этапов деньги внезапно закончились, и съемки встали. Взвесив все, Галина приняла решение.
— Боря, я закладываю квартиру. Это единственный шанс.
— Ты с ума сошла! Мы останемся без крыши над головой!
— А мы ее выкупим. Я верю в этот фильм. И в тебя.
А когда грустила она, Борис Петрович, огромный и нежный, обнимал ее, приговаривая:
— Все пройдет, Галюнечка. Я с тобой.
Последние пять лет жизни Галина боролась с болезнью Альцгеймера. Она узнавала близких, но медленно угасала, бесцельно ходя по дому с ридикюлем, прижатым к груди. Болезнь прогрессировала, но Химичев не отходил от жены ни на шаг, обращаясь с ней с пронзительной нежностью:
— Галюня, родная…
Даже когда она уже не могла держать ложку, кормил ее сам.
После смерти жены Борис Петрович погрузился в почти беспробудное пьянство. Казалось, он сознательно травил себя, не видя смысла жить дальше — они прожили вместе 25 лет, и эта потеря стала для него невыносимой.
Он редко покидал загородный дом, где с ним оставалась верная помощница Маша, ставшая почти членом семьи, и дочь Галины Елена с мужем и сыном. Друзья постоянно навещали его, но тоска по жене не отпускала ни на минуту.
Лишь подготовка к своему 80-летию немного привела актера в чувства. Он даже с озорством придумал название для юбилея — «75+5». Оказывается, в родной Баламутовке в документах ему приписали лишние пять лет, и на самом деле он был 1938, а не 1933 года рождения.
На праздновании в Доме актера многие впервые услышали историю с внебрачной дочерью народного артиста, балериной Дарьей Ганичевой. Ее мать, Лидия Ганичева, когда-то работала в подтанцовке Театра Моссовета, где и познакомилась с Борисом.
— Нам было легко друг с другом, — вспоминала она впоследствии. — Мне 35, ему за 50. Я не была замужем, но очень хотела ребенка. И он тоже этого хотел.
Их дочь Даша родилась в 89-м году. И новоиспеченный отец даже активно участвовал в ее воспитании. Пока не встретил Сизову.
— Я не скандалила, — говорила Ганичева. — Раз женился, значит, так надо. У нас своя жизнь была.
Однако, по ее утверждению, связь с Борисом не прерывалась до последних лет.
— Мы до конца сохраняли те отношения, что бывают у мужа и жены. Он приезжал к нам, мог задержаться на неделю, готовил, общался с Дашей.
В начале июня 2014 года Бориса Петровича госпитализировали с подозрением на микроинсульт. Но при обследовании обнаружили опухоль мозга. Прогнозы врачей были неутешительными. Три месяца народный артист провел в больнице, а в конце августа его перевезли в загородный дом.
И вновь все заботы легли на плечи помощницы по хозяйству Маши и падчерицу. По словам Елены, Дарья появлялась редко, и ее визиты часто носили формальный или демонстративный характер.
А Борис Петрович, теряя силы, постоянно звал свою жену:
— Галя… Галюша… ты пришла за мной…
Последней волей 81-летнего актера было упокоиться рядом с любимой женой, и эта просьба была исполнена.
