В театральной и кинематографической среде отношения между известными людьми далеко не всегда бывают безоблачными. За красивыми словами о коллегах, рукопожатиями на публике и взаимными комплиментами нередко скрываются старые обиды, неприязнь и принципиальные разногласия.
Именно такими многие называли отношения Александра Ширвиндта и Никиты Михалкова.
*
О том, что между двумя известными представителями отечественной культуры давно пробежала чёрная кошка, знали не только их коллеги, но и многочисленные поклонники. При этом сам Ширвиндт никогда не относился к людям, которые предпочитают сглаживать углы. Если ему что-то не нравилось, он говорил об этом открыто, независимо от статуса собеседника.
Особенность этой истории заключалась в том, что Ширвиндт никогда не отрицал талант Михалкова.
Напротив, он неоднократно признавал его выдающиеся режиссёрские способности. Но вот многое в поведении и жизненной позиции Никиты Сергеевича вызывало у него откровенное раздражение.
Свои мысли Александр Анатольевич довольно подробно изложил в книге «Отрывки из обрывков». В своё время она вызвала немало обсуждений в творческой среде, поскольку автор не стеснялся давать весьма жёсткие характеристики известным людям.
Одно из самых известных его высказываний касалось знаменитой семьи Михалковых-Кончаловских:
«Клан Михалковых-Кончаловских мощнейший симбиоз гениальности, мудрости и цинизма. Если эту смесь собрать в один сосуд и рассеять как удобрение над какой-нибудь Албанией, её хватит для процветания всей страны».
Подобных колких замечаний в книге было немало, и многие читатели воспринимали их как прямой намёк на отношение автора к Никите Сергеевичу.
Что именно стало причиной такого неприятия, доподлинно никто не знает. За годы появилось множество версий. Одни уверены, что всё объяснялось обычной личной неприязнью. Другие считают, что Ширвиндта смущала удивительная способность Михалкова находить общий язык практически с любой властью и сохранять влияние независимо от меняющихся обстоятельств.
Существовали и более приземлённые предположения. Например, некоторые связывали напряжённость с тем, что Михалков ни разу не пригласил Ширвиндта сниматься в своих картинах. Ходили разговоры и о давнем конфликте на одном из застолий ещё в советские годы, после которого их отношения окончательно испортились.
Есть и другая точка зрения. По мнению ряда людей из киноиндустрии, Ширвиндт с годами всё более критично смотрел на путь, по которому развивался российский кинематограф, а Михалков для многих стал главным символом этого процесса. Возможно, именно поэтому его фигура вызывала у актёра столь эмоциональную реакцию.
При этом Александр Анатольевич всегда умел отделять профессионализм от личных качеств. Он признавал масштаб режиссёрского таланта Михалкова, но не считал, что талант автоматически делает человека безупречным. Особенно его раздражали высокомерие, демонстративная уверенность в собственной правоте и пренебрежительное отношение к чужому мнению, которое он, по его словам, замечал у коллеги.
Немаловажную роль играли и различия во взглядах на жизнь. Ширвиндт был человеком ироничным, свободолюбивым и нередко скептически относился к происходящему вокруг. Михалков, наоборот, регулярно говорил о традиционных ценностях, исторической преемственности и важности национальной идеи.
Из-за этого их позиции часто выглядели противоположными. Ширвиндту казалось, что чрезмерная близость к официальным структурам ограничивает творческую свободу художника. Для него искусство прежде всего должно оставаться независимым.
Михалков, вероятно, смотрел на ситуацию иначе. Его сторонники считают, что режиссёр просто придерживался собственных убеждений и видел роль культуры в укреплении общественных ценностей.
Не меньше вопросов у Ширвиндта вызывали и поздние работы режиссёра. Он не раз говорил, что со временем фильмы Михалкова стали менее глубокими и более ориентированными на широкий успех у публики. По мнению актёра, настоящее искусство должно заставлять зрителя думать, задавать сложные вопросы и не предлагать готовые ответы.
Отдельно он критиковал отношение режиссёра к историческим событиям. Ширвиндт считал, что некоторые трактовки прошлого выглядят слишком свободными и порой приближаются к идеологическим конструкциям, а не к художественному осмыслению истории.
В какой-то момент Александр Анатольевич уже открыто говорил, что многие современные фильмы Михалкова не производят на него сильного впечатления. Однако даже самые резкие замечания он традиционно подавал через юмор и иронию, благодаря чему его слова часто расходились на цитаты.
Неудивительно, что спор двух известных деятелей культуры разделил публику на два лагеря. Одни видели в Ширвиндте принципиального человека, который не боится высказывать своё мнение независимо от последствий. Другие были уверены, что критика в адрес Михалкова продиктована личной неприязнью или старыми обидами.
Поклонники режиссёра напоминали, что он остаётся одной из самых заметных фигур отечественного кино, а его работы получили признание не только в России, но и за её пределами.
Те же, кто наблюдал за этой историей со стороны, так и не смогли однозначно определить, кто был прав. Ясно лишь одно: конфликт двух ярких личностей оказался гораздо глубже обычной профессиональной конкуренции.
- Даже после ухода Александра Ширвиндта споры вокруг его отношений с Никитой Михалковым не утихают. Одни продолжают считать Ширвиндта образцом независимости и честности, другие уверены, что его оценки были слишком жёсткими. Но именно поэтому эта история до сих пор вызывает интерес слишком уж разными были эти два человека и слишком по-разному они представляли себе роль художника в обществе.
