— Сколько у тебя было любовников?- спросил Басов Наталью, случайно встретив в коридоре киностудии уже после развода.
— Их не было. Но тебе, видимо, нужно было верить в это, чтобы легче было отпустить,- уверенно ответила она, посмотрев бывшему мужу прямо в глаза…
В конце 56-го Владимир Басов, уже известный режиссер, лауреат Сталинской премии, приступил к съемкам картины «Случай на шахте 8». Нужно было найти актрису на главную роль — молодую, яркую, с характером.
Коллеги в один голос советовали ему обратить внимание на студентку четвертого курса ВГИКа Наталью Фатееву. Глаза с поволокой, голос, от которого мурашки по коже, и абсолютная, редкая для начинающей актрисы уверенность в себе.
Басов пригласил ее на пробы. Увидел… и пропал. В тот же день, глядя в ее удивленные глаза, сказал то, что чувствовал:
— Выходите за меня замуж.
Наталья рассмеялась, приняв это за шутку, и отмахнулась, ответив, что недавно развелась и о замужестве пока не думает. Басов с удивлением воскликнул:
— Девочка моя, да когда же ты успела? Юна и невинна, как фиалка, а уже побывала замужем.
— Это была глупость, Владимир Павлович, — ответила Фатеева. — Нечего об этом говорить. Вы-то вообще женаты!
Но Басова это не остановило. Он умел добиваться своего. Режиссер был умен, начитан, обладал неподражаемым чувством юмора. С ним было интересно. Он мог часами рассказывать истории, читать стихи так, что все вокруг замирали. Наталья, сама того не замечая, все чаще ловила себя на мысли, что слушает его как завороженная.
Съемки проходили в суровых условиях Печорского угольного бассейна, где не было места романтике. Только холод, грязь и тяжелый быт. Но именно там, в шахтерском поселке, их роман расцвел. А к моменту, когда съемки завершились, они уже были мужем и женой.
Те, кто видел эту историю своими глазами, позже вспоминали: между ними не было расчета, не было игры. Басов и Фатеева любили друг друга по-настоящему, безоглядно, на грани безумия.
Наташа была рядом всегда. Она восхищалась мужем, заботилась о нем с какой-то особой нежностью: приносила горячий бульон в термосе, укутывала его теплым шарфом, следила, чтобы не простудился в суровых северных условиях.
А по вечерам, когда вся съемочная группа собиралась вместе после тяжелого рабочего дня, тихо подходила к мужу, прижималась к его плечу и смотрела на него таким взглядом, что любой, кто это видел, не мог усомниться: эта женщина любит.
Но московские друзья и коллеги, те, кто наблюдал за их историей со стороны, в большинстве своем не верили в искренность девушки. Со всех сторон летели разговоры и кривые улыбки.
— Ну, Володя, ты же понимаешь, — говорил кто-то из приятелей за рюмкой чая в буфете киностудии. — Молодая, красивая, вся жизнь впереди. И вдруг за тебя?
Басов только усмехался в ответ, не вступая в споры, но слова оседали где-то глубоко.
— А я слышала, она из провинции, — подключались дамы, понижая голос до шепота. — Такие обычно цепко за свое держатся. Им лишь бы в Москве закрепиться, а кто рядом неважно.
— Ты только посмотри, как она на него смотрит, — возражала другая. — Разве так играют?
— Играют, милая, еще как играют. Они актрисы, их этому с первого курса учат.
Фатеева знала об этих разговорах. Чувствовала их кожей, когда входила в коридоры киностудии или театра. Но когда они оставались одни, все эти разговоры теряли смысл.
Басов, уставший после долгого дня на площадке, любил лечь на диван, положив голову ей на колени, и слушать, как она читает стихи. Она знала наизусть Цветаеву, Ахматову, Пастернака… Иногда, когда жена замолкала, он поднимал голову и смотрел на нее долгим влюбленным взглядом, а потом шептал:
— Как же ты красива. Боже мой, как ты красива.
Она гладила его по волосам, чувствуя, как он медленно расслабляется, засыпает у нее на руках, и в эти моменты ей казалось, что никакая зависть, никакие сплетни не смогут разрушить то, что между ними есть.
Фатеева с самого начала разделила семейную жизнь и профессию, решив больше не сниматься в картинах мужа. Со временем это стало для нее принципиально важным: она не хотела, чтобы кто-то мог сказать, что ее успех — это заслуга Басова.
Нередко на торжественных приемах большие чиновники намекали, что не прочь провести с ней вечер, обещая устроить ее творческую судьбу. Но актриса брезгливо реагировала на подобные предложения. Она была неприступна.
В феврале 1959 года Наталья родила сына Владимира. Но тянуть дом, семью, работу в Театре имени Ермоловой и съемки в кино приходилось буквально в одиночку. Муж практически не помогал. В перерывах между съемками собственных фильмов Басов все чаще уходил в запой. Когда сыну исполнилось три года, Фатеева покинула сцену, чтобы посвящать время ребенку.
Нельзя сказать, что Басов был беспробудным пьяницей. Вряд ли член партии в советское время мог являться на студию в пьяном угаре и при этом интенсивно работать, выпуская картину за картиной. На счету режиссера 19 фильмов и около сотни сыгранных ролей.
Такая работоспособность несовместима с полным падением. Но его запойные периоды становились все длиннее. Позже сын Владимир вспоминал, что в их доме постоянно стоял крик. Фатеева ругалась с мужем из-за пьянок, а тот обвинял ее в изменах. Он мог запереть ее дома, срывая съемки у других режиссеров.
Однажды, когда она собиралась на пробы, он грубо втолкнул ее в ванную и стал смывать косметику, крича:
— Это ты для него так намазалась?
Она плакала, а он натирал ей лицо мылом, бормоча:
— Когда же ты, наконец, постареешь? Чтоб мужики на тебя не глазели.
К тому моменту, когда Басов приступил к работе над знаменитой картиной «Битва в пути» их брак уже трещал по швам. Тем не менее режиссер снял свою жену в главной роли. Правда, только по одной причине: Фатеева была утверждена и успела отсняться в нескольких эпизодах у другого режиссера — Захара Аграненко, который скоропостижно скончался во время съемок. Басов подхватил проект, и Наталья осталась в кадре.
Съемочная группа и исполнители главных ролей «Битвы в пути» объездили с картиной всю Европу и Америку. Фильм принес Басову всенародное признание, а Фатеевой мировую известность. Но спасти свой брак они не смогли. Слишком много боли, невысказанных обид и подозрений накопилось за эти годы.
Уже после развода он спросил ее, встретив случайно в коридоре киностудии:
— Сколько у тебя было любовников?
Наталья посмотрела ему прямо в глаза.
— Их не было. Но тебе, видимо, нужно было верить в это, чтобы легче было отпустить.
Он ничего не ответил. Только отвернулся и пошел прочь, тяжело ступая, будто нес на плечах неподъемный груз. Всю свою последующую жизнь Владимир Павлович был уверен, что жена ему изменяла. А Наталья до последнего утверждала: единственный мужчина, которого она любила по-настоящему, был Басов.
После развода с Фатеевой Владимир пытался вернуть свою бывшую жену Розу Макагонову. Режиссер приходил к ней, умолял начать все сначала, говорил, что понял свои ошибки, что без нее его жизнь пуста. Роза долго сомневалась, не знала, как поступить, и советовалась с подругами:
— Что мне делать? Как быть? Он приходит, говорит, что все осознал. Может, дать ему шанс?
— Слушай свое сердечко, — отвечали те. — Оно не обманет.
Но сердечко молчало. И Роза поняла: прошлое не вернуть. Та любовь, которая была когда-то, осталась в молодости, в той коммуналке, где они начинали свою жизнь.
Позже она вышла замуж за физика, человека далекого от кино и театра, и прожила с ним долгую, спокойную жизнь. Басов встретил ее снова уже в конце 70-х, на съемках фильма «Приключения Электроника». Она играла учительницу пения — маленькую, хрупкую женщину. А он предводителя банды Стампа, похитителя картин, колоритного злодея с неизменной сигарой и насмешливой ухмылкой.
Они поздоровались сухо, как старые знакомые, которые давно перестали быть близкими. Никто из съемочной группы не заметил в их глазах ни боли, ни сожаления…
