Иван Пырьев… Для тех, кто хоть немного знаком с советским кино, это имя звучит как колокол. Шесть Сталинских премий, народный артист СССР, человек, чье слово на Мосфильме значило больше, чем министерские распоряжения. «Кубанские казаки», «Секретарь райкома», «Белые ночи» – его картины смотрели миллионы, его боялись и уважали. В кино есть люди, которые не просто снимают фильмы – они создают эпохи. Пырьев был именно таким.
Но сегодня речь пойдет не о его триумфах. А о темной стороне этой власти. О том, как 60-летний режиссер-легенда превратил жизнь 20-летней девушки в кошмар, из которого она так и не смогла выбраться. История Людмилы Марченко – это про то, какую цену платят за мечту. И про то, что иногда эта цена слишком высока.
«Сдавайся, или забудь о карьере» – знакомство с монстром
1957 год. Люда Марченко приезжает в Москву из маленького прибрежного поселка Архипо-Осиповка. Худенькая, с огромными глазами, полная надежд девчонка. Она подает документы сразу в два театральных вуза – Щепкинское, Щукинское. Однако преподаватели отметили, что у абитуриентки не такой сильный голос, и посоветовали ей поступить во ВГИК. Марченко прислушалась и была зачислена на актёрский факультет этого института.
Дебют в кино у нее случился буквально в следующем году – эпизод в фильме «Добровольцы» у самого Козинцева. Потом главная роль в «Отчем доме» от Льва Кулиджанова. Критики сравнивали ее с Одри Хепберн. Ну, согласитесь, для девчонки из провинции это звучит как сказка?
А потом на ее пути появился он. Иван Пырьев. 60 лет, грозный, всесильный, женатый на звезде Марине Ладыниной. Он выбрал Людмилу на главную роль в «Белых ночах» – экранизацию Достоевского. Без проб, одним своим решением. Для молодой актрисы это было как выиграть в лотерею.
Но бесплатных билетов в рай не бывает…
Разница в 40 лет – не помеха для «любви»?
Пырьев к тому моменту был не просто режиссером. Он был кинематографическим диктатором. На съемочной площадке кричал, швырял посуду, терпеть не мог возражений. В личной жизни – еще хуже. Женам изменял направо и налево, начинающим актрисам регулярно обещал карьеру в обмен на близость. И иногда даже сдерживал слово. Превращал вчерашних «никого» в звезд. Правда, далеко не всем так везло.
Людмилу он пригласил к себе в кабинет. «Попробуем на главную роль», – сказал режиссер. Девчонка чуть не сошла с ума от счастья. Для нее, только что приехавшей в Москву, это была… Мечта всей жизни.
А Пырьев, конечно, добился своего. Потому что умел. Потому что мог. Разница в 39 лет? Да какая разница, он же – сам Пырьев ! Женат на Марине Ладыниной? Мелочи.
Людмила сдалась. Или… как это назвать? Заплатила за роль. Своим телом.
«Любая хорошая актриса должна быть моей» – цена звездного билета
После успеха «Белых ночей» – а фильм действительно стал хитом и выставлялся на международных фестивалях – перед Людмилой открылись огромные перспективы. Роли, слава, внимание. Марченко получила роль Настеньки, которую потом называла самой любимой в своей карьере.
Но за кулисами все было мрачнее. Пырьев любил повторять: «Любая хорошая актриса должна быть моей». И Людмила очень быстро поняла, что она получает роли – не только благодаря таланту, но и благодаря тому, что режиссер проталкивал ее в проекты.
Она начала его ненавидеть. Тихо, внутри. Но продолжала делать все, что он приказывал. Потому что альтернатива была проста: остаться без работы. Навсегда.
Коллеги шептались за спиной, придумывали обидные прозвища. «Чинко» – смесь ее фамилии с именем Пырьева. В лицо молчали, но при встрече глаза отводили. Такое отношение было ее ежедневной реальностью.
Мать отказала деду-жениху: «Даже я за вас не пойду!»
А Пырьев, между прочим, решил действовать по-джентльменски. Несмотря на возраст и скандальную репутацию, он явился к родителям Марченко просить ее руки. Представляете картину? 60-летний дед приходит свататься к 20-летней девушке.
Мать Людмилы даже не постеснялась высказать все, что думала: «Вы на себя в зеркало смотрели? Даже я в свои 45 за вас бы не пошла!». Жестко? Да. Но честно.
Однако отказ не охладил его пыл. Пырьев сделал следующий ход – выбил для Людмилы квартиру в новом престижном доме для работников киноиндустрии. В те времена такой жест был знаком настоящей власти и влияния. Он называл ее своей женой, хоть официально они так и не расписались.
Для Людмилы же он оставался просто человеком, который дал ей крышу над головой. И немного уверенности. Ненадолго.
Измена, погром и месть – когда 22-летняя душа требует свободы
В 22 года жить с капризным властным стариком, который считает тебя своей собственностью, невыносимо. Людмила влюбилась. По-настоящему. В геолога Березина – высокого, широкоплечего, молодого. Полная противоположность Пырьеву.
И знаете, что она сделала? Поселила любовника в ту самую квартиру, которую для нее выбил Пырьев. Это было дерзко. Наивно. Может, это был порыв юности, жажда свободы. А может, просто вера в то, что все как-нибудь уладится.
Пырьев, конечно, узнал. Сестра Людмилы рассказывала потом: он взломал дверь квартиры, когда сестер не было дома, и устроил погром. Все, что привозил ей из заграничных командировок, полетело в помойные ведра. Потом принялся ломать мебель.
Соседи звонили в панике: «Приезжайте, тут Пырьев хулиганит!» Им отвечали: «Вызовите милицию». – «Да вы что, мы же его подчиненные! Он нас потом в порошок сотрет». В итоге так никто и не вмешался.
Людмила вернулась домой уже к полному разгрому. Ей на гастроли ехать, а нет ни одной кофты. Пришлось занимать у подруг. На рассказы соседей о происшедшем она только улыбнулась. Сестра говорила ей: «Ты что улыбаешься? Дело плохо кончится. Видишь, какой он псих?».
Сестра оказалась права.
Черный список – как один приказ уничтожил карьеру
После разрыва с Пырьевым карьера Людмилы рухнула мгновенно. Всесильный режиссер отдал негласный приказ: Марченко не снимать. Актрисе буквально закрыли доступ на Мосфильм – охранники получили строгие указания не пропускать ее через проходную.
Режиссер, которого она когда-то считала своим шансом, теперь стал ее проклятием. Всем знакомым режиссерам и сценаристам Пырьев строго-настрого запретил работать с Марченко. Так началась новая печальная глава в ее жизни – эпоха забвения.
Три мужа, разбитый нос и алкогольная пропасть
Почти сразу после разрыва с Пырьевым Людмила стала жить с тем самым геологом Березиным. Молодой, красивый… но эмоционально нестабильный. Ревность, вспышки гнева, бытовые конфликты. Однажды в приступе ярости он жестоко избил ее, сломав нос и изуродовав лицо. Ее некогда безупречная внешность была разрушена.
А потом выяснилось, что у фактического мужа есть внебрачный ребенок. Брак окончательно рухнул. Людмила осталась одна – без карьеры, без мужа, с травмой, которая лишила ее надежды вернуться в кино.
Второй фактический муж – администратор Москонцерта – пытался помочь. Организовывал гастроли, где Марченко рассказывала зрителям о былых съемках. Словно проживала прошлое заново. Он нашел ей хирурга для восстановления лица, но пластические операции только усугубили ситуацию. Лицо потеряло прежнюю красоту, а Людмила – веру в себя.
Она начала пить…
Последний островок счастья и тихий финал
Последним мужем Людмилы стал художник-график Сергей Соколов. В отличие от других, он не просто любил ее – он боготворил. Даже измененные черты лица казались ему вдохновением. Он делал все, чтобы спасти любимую женщину.
Каждую весну они уезжали в деревню под Тверью. Он писал свои полотна, она находила утешение в простых радостях: копалась в огороде, читала, ухаживала за животными. Эти годы стали ее последним островком покоя.
Но счастье было недолгим. В 1996 году Сергей Соколов умер. Людмила снова погрузилась в алкогольный угар, который окончательно разрушил ее здоровье. Она умерла через полгода после смерти мужа, в возрасте 57 лет, оставив после себя образ несбывшейся мечты и искалеченной жизни.
