Актриса польского происхождения Барбара Брыльска, известная миллионам зрителей в России и бывших советских республиках благодаря роли Нади Шевелевой в фильме Эльдара Рязанова «Ирония судьбы, или С легким паром!», сейчас переживает непростой период своей жизни. Она одинока и страдает от мучительных болей.
Артистка откровенно называла свою болезнь не иначе как умиранием. Что творится со здоровьем советской звезды — в материале ниже.
Одна кошка и сын
С каждым днем память покидает 85-летнюю актрису все стремительнее, суставы выкручивает так, что «каждый палец — в другую сторону», а современная медицина, по ее собственному признанию, уже бессильна.
«Я очень много забываю, все больше и больше. Болезнь выкручивает пальцы. Каждый палец в другую сторону. И больно, и ничего с этим не сделать. Лечиться бесполезно, это не поможет. Мою болезнь друг назвал «песельоза» — от (аббревиатуры — Прим. ред.) PESEL (11-значный персональный идентификационный номер, который используется в Польше для учета населения. Как в России ИНН или СНИЛС — Прим. ред.). Это болезнь старости. От «песельозы» нет лекарств. Только от давления, от сахара, витамины. У меня болит все. Что я могу хотеть? Покоя и здоровья», — поделилась она в интервью с «Абзацем».
Из-за физической немощи Брыльска практически не покидает свою варшавскую квартиру. Большинство старых друзей уже ушли из жизни. Сын живет отдельно со своей семьей и лишь помогает с тяжелыми покупками, а все остальное звезда СССР пытается делать сама.
Единственным постоянным собеседником для нее стала кошка по кличке Малютка, которую актриса несколько лет назад подобрала на даче — кошка тогда принесла котят в сарае, и хозяйка решила забрать ее в город.
«Было холодно, я должна была остаться, чтобы отдать котят в хорошие руки. А потом она, конечно, приехала со мной в Варшаву и живет со мной до сих пор. Теперь ходит по столу передо мной туда-сюда. Так что я с ней разговариваю», — рассказала Барбара.
«Я не буду говорить по-русски!»
Если физические страдания вызывают у кинозвезды сострадание, то ее политическая позиция, особенно после начала специальной военной операции России по защите Донбасса, оттолкнула от нее огромную часть российской аудитории.
Брыльска не просто высказывалась негативно — она многократно сводила свою речь до прямых оскорблений.
В 2023 году в интервью тому же «Абзацу» она заявила, что русские люди «живут в (фекалиях. — Прим. ред.)», а российские города — это «нищета».
Особенно досталось Омску и Новосибирску: актриса утверждала, что ей было «страшно выйти из самолета», когда она туда прилетала.
Кульминацией стал ее категоричный отказ говорить на русском языке. В одном из последних интервью польская артистка заявила:
«Для того чтобы общаться со мной, вам нужно говорить и понимать по-польски. В другом случае я общаться не буду. Я не буду говорить по-русски! Я не скажу русским, чем занимаюсь и где я живу!» — заявила она в 2025-м.
Эта фраза прозвучала особенно обидно для тех, кто десятилетиями с теплотой вспоминал ее Надю, чей образ был создан в том числе и русскими голосами.
Брыльска также вступилась за свою коллегу Лию Ахеджакову, которая после своих русофобских высказываний оказалась в центре скандала.
Подобные заявления не остались незамеченными: если раньше «Иронию судьбы» под Новый год смотрели всей семьей и умилялись хрупкой учительнице, то уже в 2023-м активисты предложили вырезать кадры с польской актрисой.
Как же случилось, что главная красавица советского экрана, которую боготворили миллионы, дожила до такого состояния и превратилась в озлобленную затворницу?
Рожденная под артиллерийские залпы
Барбара Брыльска появилась на свет 5 июня 1941 года в польской деревне Скотники. Это было страшное время: война была в самом разгаре, и ее мать пошла на хитрость — подделала дату рождения в документах дочери, чтобы не платить налог немецким оккупантам.
В итоге Барбара официально стала немного «моложе», и путаница с возрастом сопровождала ее всю жизнь.
Семья была простой, рабочей; денег вечно не хватало. Маленькая Барбара росла тихим, домашним ребенком, и единственным утешением для нее было рисование.
В кино она попала почти случайно: в восьмом классе в ее лицей приехала съемочная группа фильма «Калоши счастья», и 15-летнюю школьницу взяли на эпизодическую роль.
Три дня на площадке стали для нее откровением — она буквально заболела кино. Девушка записалась в театральные кружки, дважды пыталась поступить в Лодзинскую театральную школу и в конце концов в 1967 году окончила Варшавскую высшую школу театра и кино.
Красота, которая с годами становилась все более утонченной, распахнула перед ней двери в мир большого кинематографа.
Мужья, предательства и страсть к гинекологу
Личная жизнь Брыльской напоминала мыльную оперу. Первым ее мужем стал математик Ян Боровец, которого она встретила в поезде в 20 лет. Брак был скоропалительным.
Муж и его семья совершенно не поддерживали увлечения и работу Барбары. Позже она все-таки поняла, что такое супружество не делает ее счастливой.
Второй супруг — актер Ежи Зельник: их пара считалась одной из самых красивых в Польше, но мужчина оказался неисправимым ловеласом, и через год они развелись.
Настоящей любовью Барбары стал югославский актер Слободан Дмитриевич. Ради него она была готова бросить все и бежать на край света, но на пути встала его мать. Пожилая женщина перехватывала письма, внушала сыну, что ветреная полька его забыла, и в конце концов нашла ему «подходящую» невесту. Брыльска после женитьбы возлюбленного на другой впала в депрессию.
Спасением стал врач-гинеколог Людвиг Космаль. Он оказался заботливым, надежным, и актриса согласилась на брак, который продлился 18 лет. В этом союзе родились двое детей.
Однако идиллия была обманчивой: Космаль пользовался бешеным успехом у женщин и не видел в изменах ничего зазорного. Более того, он жаловался друзьям, что ненавидит жену — потому что «всех женщин, с которыми он ей изменил, сравниваю с ней, и она все время выигрывала».
«В месяц он зарабатывал столько, сколько я за один день. Кроме того, он пил и пьет до сих пор», — говорила позже Брыльска.
Проклятие гадалки
Самая страшная трагедия в жизни Барбары Брыльской связана с ее дочерью. Когда актриса вновь забеременела от Людвига Космаля, она очень боялась потерять ребенка. От отчаяния она обратилась к гадалке.
Та, раскинув карты, предупредила: ни в коем случае не называй дочь своим именем, иначе одна из вас умрет. Брыльска поверила, но муж только посмеялся над суевериями и настоял на том, чтобы девочку назвали Барбарой — ласково Бася.
Дочь росла красавицей, подавала надежды в модельном бизнесе и кино, и, казалось, пророчество забылось. Но однажды Бася вместе со своим бойфрендом попала в жуткую аварию — молодой человек не справился с управлением.
Удар был такой силы, что девушка погибла на месте, еще до приезда скорой.
«Он мне рассказал, как бегал вокруг машины и кричал: «Бася, не умирай!» Потеря дочери перечеркнула мою жизнь», — признавалась позднее Брыльска.
И только маленький сын, который не отходил от матери, смог вытащить ее из бездны — именно ради него Брыльска отказалась от мысли о самоубийстве.
Спустя три года они все-таки развелись с мужем. Но боль не утихала: в 2018 году она похоронила свою 99-летнюю маму и бывшего мужа Космаля и вновь заговорила о том, что потеряла смысл в жизни.
