Полина вышла из офиса ровно в шесть вечера, как обычно. Ноябрьские сумерки уже окутали город, фонари мерцали в мокром асфальте после дневного дождя. Она плотнее запахнула пальто и быстрым шагом направилась к остановке. День выдался напряжённым — переговоры с новым клиентом затянулись, и теперь хотелось только одного: добраться домой, снять эти неудобные туфли и просто посидеть в тишине с чашкой чая.
В маршрутке женщина достала телефон и машинально проверила уведомления. Сообщение от Светы — подруга снова прислала ссылку на помещение, которое могло бы подойти под их давнюю идею. Салон красоты. Эта мечта жила в голове Полины уже года три, может, даже больше. Светлана тоже загорелась этой затеей, и вот последние месяцы они то и дело обсуждали детали, прикидывали затраты, смотрели объявления.
Полина усмехнулась и спрятала телефон обратно в сумку. Пока это всё казалось чем-то нереальным, далёким. Хотя, если честно, момент был подходящий. Работа приносила хорошие деньги — её зарплата превышала Павлову почти в полтора раза. Муж трудился инженером на заводе, получал стабильно, но скромно. Полина же выросла в должности до старшего менеджера по продажам, и её доход позволял семье жить вполне комфортно.
Дома пахло жареным луком и чем-то ещё аппетитным. Павел стоял у плиты, помешивая что-то в сковороде. Полина сбросила туфли прямо в прихожей и прошла на кухню.
— Привет. Что готовишь?
— Макароны с курицей, — Паша обернулся и улыбнулся. — Ты как?
— Устала, — Полина села за стол и потёрла виски. — Клиент сегодня такой придирчивый попался, думала, не договоримся.
— Но договорились же?
— Договорились.
Они поужинали, обсуждая обычные бытовые мелочи. Павел рассказывал про работу, жаловался на нового начальника цеха, который вечно придирается к мелочам. Полина слушала вполуха, кивая в нужных местах. Где-то на задворках сознания крутилась мысль о бизнесе, о том помещении, что прислала Светлана.
На следующий день, пятого числа, Полина как обычно открыла банковское приложение и сделала перевод Марине Николаевне. Пятнадцать тысяч рублей — эта сумма уходила свекрови ежемесячно уже два года. Марина Николаевна жила одна в небольшой однушке, пенсия у неё была маленькая, и Полина сразу предложила помогать, когда они с Павлом поженились. Тогда это казалось правильным, естественным. Свекровь приняла помощь с благодарностью, но без лишних восторгов — просто как данность.
Марина Николаевна позвонила вечером, как всегда.
— Полиночка, спасибо тебе большое. Деньги пришли.
— Не за что, мама, — Полина называла свекровь «мамой» по привычке, хотя особой теплоты между ними не возникло. — Как вы там?
— Да ничего, живу. Только вот лекарства опять подорожали, придётся экономить на чём-то другом.
Полина уловила намёк, но промолчала. Марина Николаевна часто так делала — жаловалась на жизнь, намекала на нужды. И Полина обычно откликалась: то продуктов привезёт, то оплатит какие-то дополнительные расходы. За два года это вошло в привычку.
— Если что-то нужно, звоните, поможем, — сказала Полина дежурно и попрощалась.
Через неделю Светлана позвонила с предложением встретиться. Они сидели в кафе возле офиса Полины, и подруга разложила на столе распечатанные листы с расчётами.
— Смотри, я всё просчитала ещё раз, — Света ткнула пальцем в цифры. — Помещение на Ленина отличное. Триста квадратов, первый этаж, проходимость хорошая. Аренда двадцать пять в месяц, но первые три месяца собственник даёт скидку. Ремонт нам обойдётся где-то в четыреста, может, чуть больше. Оборудование ещё тысяч пятьсот. Итого стартовый капитал нужен около двух миллионов, может, два с половиной.
Полина слушала, и внутри что-то екало. Цифры были серьёзные, но реальные. У неё на счетах лежало около миллиона двухсот — накопления. Светлана обещала вложить столько же.
— Думаешь, мы потянем? — спросила Полина.
— Уверена. Рынок есть, спрос есть. Надо просто грамотно всё организовать.
Полина кивнула. Идея захватывала всё больше. Они проговорили ещё два часа, обсуждая детали: какие услуги предлагать, сколько мастеров нанимать, как продвигаться. Светлана была в теме — у неё подруга владела похожим салоном в другом городе и давала советы.
Следующие недели пролетели незаметно. Полина и Светлана встречались почти каждый вечер после работы. Они составили подробный бизнес-план, просчитали риски, изучили конкурентов. Полина чувствовала, как внутри разгорается азарт. Это был шанс изменить жизнь, построить что-то своё. Не работать на кого-то, а создать собственное дело.
В один из вечеров, сидя за ужином, Полина решила поговорить с Павлом. Муж доедал котлету, когда она заговорила.
— Паша, мне надо с тобой обсудить кое-что важное.
Павел поднял глаза.
— Слушаю.
— Помнишь, я рассказывала про салон красоты, который мы со Светланой хотим открыть?
— Ну да, помню.
— Так вот, мы всё просчитали, нашли помещение. Это реально. Но мне придётся вложить все свои накопления. И ещё, наверное, занять немного.
Павел жевал медленно, обдумывая слова.
— То есть ты хочешь уйти с работы?
— Не сразу. Сначала открыться, посмотреть, как пойдёт. Если всё нормально, тогда да, уйду.
— А сколько денег нужно?
— Мне — миллион двести, может, чуть больше. У меня как раз столько есть.
Павел кивнул. Он никогда не лез в финансовые дела жены, доверял ей полностью. Сам откладывал понемногу, но большую часть семейного бюджета тянула Полина.
— Понятно. Ну, дерзай, — сказал муж просто. — Если уверена, почему нет?
Полина выдохнула. Она боялась, что муж будет против, но Павел оказался спокойным и поддерживающим.
— Только есть одно «но», — добавила Полина, откладывая вилку. — Мне придётся прекратить переводы твоей маме. Ну, на время. Пока бизнес не начнёт приносить прибыль. Деньги нужны будут на вложения, на непредвиденные расходы. Я не могу каждый месяц по пятнадцать тысяч отдавать.
Павел нахмурился, но не сразу.
— А как же мама? Она привыкла к этим деньгам.
— Я понимаю. Но это временно. Месяцев шесть, может, год. Потом, когда салон заработает, я снова буду помогать. Даже больше смогу.
— Хорошо, — Павел вздохнул. — Давай так. Но ты сама ей скажи, ладно? Я не хочу в это вмешиваться.
— Конечно, я скажу.
Полина набрала номер Марины Николаевны на следующий день. Свекровь ждала очередного перевода — пятое число уже прошло.
— Полина, ты забыла перевести деньги? — голос свекрови звучал настороженно.
— Марина Николаевна, мне нужно вам кое-что объяснить, — Полина собралась с духом. — Я открываю бизнес. Салон красоты со Светланой. Это серьёзное дело, мне нужны все мои накопления. Поэтому я не смогу переводить вам деньги какое-то время.
Молчание на другом конце провода было тяжёлым.
— Что значит «не смогу»? — голос Марины Николаевны стал жёстким.
— Это временно. Когда салон начнёт приносить доход, я снова буду помогать. Но сейчас у меня просто нет свободных денег.
— А мне на что жить? — свекровь повысила голос. — Я рассчитывала на твою помощь! У меня пенсия нищенская, ты же знаешь!
— Марина Николаевна, я понимаю, но это важно для меня. Для нашей семьи. Паша в курсе, он согласен.
— Паша?! — Марина Николаевна фыркнула. — Павел тебе что угодно разрешит! Ты его совсем под каблук загнала! А о его матери никто не думает!
Полина почувствовала, как напряглись плечи. Она сжала телефон сильнее.
— Это несправедливо. Я два года помогала вам, и никогда не отказывала. Но сейчас у меня свои планы.
— Свои планы! — голос свекрови дрожал от возмущения. — А о семье ты подумала? О том, что мне нужны эти деньги?!
— Марина Николаевна, давайте спокойно…
— Не смей мне указывать! Ты эгоистка, Полина! Я так и знала, что ты такая! Тебе на всех плевать!
Полина молчала, не зная, что сказать. Свекровь продолжала кричать в трубку, обвиняя её во всех грехах. Наконец Полина просто положила трубку, не дослушав. Руки дрожали. Она не ожидала такой реакции.
Павел вернулся домой поздно вечером. Полина сидела на диване с чашкой остывшего чая.
— Я говорила с твоей мамой, — сказала она сразу. — Она не приняла.
— Что значит «не приняла»?
— Она орала на меня. Называла эгоисткой. Сказала, что я думаю только о себе.
Павел потёр лицо ладонями.
— Ну мама у меня такая. Она привыкла получать, что хочет.
— Я не ожидала, что будет так.
— Не переживай. Она успокоится.
Но Марина Николаевна не успокоилась. Через три дня она появилась на пороге их квартиры. Павла не было дома, и Полина открыла дверь, увидев свекровь с каменным лицом.
— Можно войти? — спросила Марина Николаевна, но уже протискивалась в прихожую, не дожидаясь ответа.
Полина отступила. Свекровь прошла в гостиную, сбросила пальто на кресло и повернулась к невестке.
— Так. Давай поговорим начистоту.
— О чём? — Полина скрестила руки на груди.
— О том, что ты творишь. Ты бросила меня, Полина. Бросила беззащитную старуху.
— Марина Николаевна, вам шестьдесят два года. Вы работоспособная женщина.
— Работоспособная?! — свекровь шагнула ближе. — У меня гипертония, проблемы с суставами, я с трудом хожу!
Полина видела, как Марина Николаевна ходит вполне бодро, но промолчала. Спорить было бесполезно.
— Я отдала Павлу всю свою жизнь! — продолжала свекровь, голос её становился всё громче. — Растила его одна, без отца! Работала на двух работах, чтобы прокормить! Недоедала сама, чтобы ему было лучше! А теперь что? Теперь какая-то чужая баба решает, что я ей не нужна?!
— Я не говорила, что вы не нужны, — Полина старалась сохранять спокойствие, но злость подступала к горлу. — Я просто не могу сейчас переводить деньги. Это временно.
— Временно! — Марина Николаевна всплеснула руками. — Год, два, три! А мне что, голодать?!
— У вас есть пенсия. И Павел может помогать.
— Павел?! У него зарплата копеечная! Ты же сама знаешь!
Полина молчала. Свекровь ходила по комнате, размахивая руками, выкрикивая претензии. Полина стояла у стены, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Она устала. Устала от этих обвинений, от чувства вины, которое пыталась навязать Марина Николаевна.
— Ты знаешь, что будет? — свекровь остановилась и уставилась на Полину. — Я поговорю с Павлом. Объясню ему, какая ты на самом деле. И он разведётся с тобой. Вот увидишь!
Полина выпрямилась. Лицо горело.
— Что?
— Ты меня слышала, — Марина Николаевна подняла подбородок. — Не хочешь помогать матери мужа — значит, ты чужая! И моему сыну ты не нужна!
Эти слова повисли в воздухе. Полина смотрела на свекровь и не верила услышанному. Внутри что-то щёлкнуло. Она подошла к двери, распахнула её.
— Выйдите. Немедленно.
— Что? — Марина Николаевна растерялась.
— Я сказала, выйдите из моей квартиры. Сейчас же.
— Ты не смеешь…
— Я смею, — Полина шагнула к свекрови, и та инстинктивно отступила. — Эта квартира моя. Я купила её до брака на свои деньги. И я не позволю вам здесь орать и угрожать мне. Уходите.
Марина Николаевна схватила пальто, лицо её было багровым. Она что-то бормотала, но Полина уже не слушала. Свекровь вылетела в коридор, и Полина захлопнула дверь, повернув ключ.
Несколько минут она стояла, прислонившись спиной к двери. Сердце колотилось. Руки дрожали. Она прошла на кухню, налила воды, выпила залпом. Потом ещё одну. Постепенно дыхание выровнялось.
Павел вернулся через час. Полина сидела на диване, уставившись в одну точку. Муж разулся, подошёл.
— Что случилось?
Полина медленно подняла глаза.
— Твоя мама была здесь.
— И что?
— Она орала на меня. Сказала, что я эгоистка. Что ты со мной разведёшься.
Павел присел рядом.
— Серьёзно? Она так сказала?
— Дословно. «Не хочешь помогать матери мужа — значит, ты чужая». И что я тебе не нужна.
Павел вздохнул и неожиданно тихо рассмеялся. Полина удивлённо посмотрела на него.
— Ты чего?
— Она всегда так, — Павел покачал головой. — Всегда манипулирует. Всю жизнь. Я просто привык, поэтому не обращаю внимания.
— Но она твоя мать.
— Да, она моя мать. Но это не значит, что она права. Полин, я на твоей стороне. Всегда. Ты помогала ей два года, хотя не была обязана. Теперь у тебя свои планы, и это нормально.
Полина почувствовала, как внутри отпускает напряжение. Она боялась, что муж встанет на сторону матери, но он поддержал её.
— Спасибо, — тихо сказала она.
— За что?
— За то, что ты не такой, как она.
Павел обнял жену. Они сидели молча, и Полина впервые за несколько дней почувствовала спокойствие.
Марина Николаевна звонила ещё несколько раз. Полина не брала трубку. Потом свекровь стала названивать Павлу, но муж после первого же разговора, в котором мать пыталась настроить его против жены, просто сказал: «Мама, это наше дело. Не вмешивайся». И перестал отвечать на её звонки.
Через месяц Полина и Светлана подписали договор аренды. Началась подготовка помещения. Ремонт, закупка оборудования, поиск мастеров. Полина работала днём в офисе, а вечера проводила в будущем салоне. Она уставала так, что падала в постель без сил, но внутри горел огонь. Это было её дело. Её мечта.
Салон открылся в апреле. Первые недели были нервными. Клиентов было мало, но постепенно поток нарастал. Светлана оказалась отличным организатором, а Полина умела находить подход к людям. Они дополняли друг друга.
К концу лета салон начал приносить стабильную прибыль. Полина уволилась с прежней работы и полностью погрузилась в бизнес. Деньги пошли. Сначала небольшие, потом всё больше. Они вернули вложенное, покрыли расходы, начали получать чистую прибыль.
Однажды вечером, сидя дома с Павлом, Полина проверяла финансовые отчёты на ноутбуке. Муж листал новости на телефоне.
— Знаешь, я могла бы снова начать помогать твоей маме, — вдруг сказала Полина.
Павел поднял глаза.
— Зачем?
— Ну, я же обещала. Когда бизнес начнёт приносить прибыль.
— Полин, ты ей ничего не должна.
— Но она твоя мать.
Павел отложил телефон.
— Да, она моя мать. Но после того, как она вела себя, я не хочу, чтобы ты снова это делала. Она не оценила твою помощь. Она решила, что имеет на неё право. И когда ты не смогла помочь, устроила скандал. Это неправильно.
Полина молчала. Она думала об этом и сама, но слышать от мужа было важно.
— Мама справится, — добавил Павел. — У неё есть пенсия, у неё есть квартира. Я иногда помогаю ей, но понемногу. И это нормально. А ты строй свою жизнь. Мы строим её вместе.
Полина закрыла ноутбук и подошла к мужу. Обняла его.
— Я люблю тебя.
— И я тебя.
Они сидели так долго, и Полина чувствовала, как спокойствие наполняет каждую клетку. Марина Николаевна больше не звонила. Может, обиделась, может, поняла что-то. Полина не знала и не хотела выяснять. Её жизнь стала другой. Она строила свой бизнес, проводила время с мужем, планировала будущее. И впервые за долгое время чувствовала себя действительно свободной.
Салон процветал. Они со Светланой уже думали об открытии второго филиала. Деньги текли, и Полина понимала, что приняла правильное решение. Не отказавшись от мечты ради чужих ожиданий, а последовав за ней. И муж был рядом. Это было главное.
Однажды поздним вечером, когда за окном шёл дождь, Павел сидел на кухне и пил чай. Полина подошла, села напротив.
— О чём думаешь? — спросила она.
— О том, как всё изменилось, — Павел улыбнулся. — Помнишь, год назад ты боялась даже начать? А теперь смотри — у тебя свой бизнес, ты счастлива.
— Не только я, — Полина взяла его руку. — Мы счастливы.
— Да, — Павел кивнул. — Мы.
Они сидели, слушая, как дождь стучит по подоконнику. Где-то далеко была Марина Николаевна со своими обидами и претензиями. Но здесь, в этой тёплой кухне, была их жизнь. Та, которую они выбрали сами. И ничто не могло это изменить.
