Анна протирала тарелки до блеска, расставляла бокалы, поправляла скатерть. Сегодня первый раз Ольга Павловна придёт к ним на обед. Свекровь давно намекала, что хочет оценить кулинарные способности невестки. Владимир уверял жену, что мама будет в восторге.
— Аня, ты слишком волнуешься, — муж обнял жену со спины. — Всё будет отлично. Мама любит хорошую еду, а ты прекрасно готовишь.
— Надеюсь, — Анна выдохнула и посмотрела на накрытый стол.
Борщ томился в кастрюле, котлеты лежали на сковороде под крышкой, картофель ждал своего часа. Анна готовила с утра, перечитала три рецепта борща, выбрала лучший. Мясо для котлет покупала на рынке у проверенного продавца. Хотелось, чтобы всё получилось идеально.
В дверь позвонили ровно в два часа. Ольга Павловна не опаздывала никогда. Женщина вошла в квартиру, окинула взглядом прихожую, прошла в гостиную. Критически осмотрела стол, кивнула.
— Здравствуйте, Ольга Павловна, — Анна вытерла руки о фартук. — Проходите, садитесь.
— Здравствуй, — свекровь села на стул, поправила юбку.
Анна принесла борщ в супнице, разлила по тарелкам. Свекровь взяла ложку, зачерпнула, понюхала. Попробовала. Лицо Ольги Павловны скривилось.
— Что-то не то, — женщина отставила ложку. — Больше на столовскую еду похоже. Борщ должен быть насыщенным, густым. А это так, водичка с овощами.
Анна замерла с половником в руках. «Столовская еда?» Она три часа варила этот борщ, добавляла специи по рецепту из кулинарной книги.
— Мама, а мне нравится, — Владимир прихлебнул из ложки. — Вкусно же.
— Ты просто привык к её стряпни, — Ольга Павловна отодвинула тарелку. — Что там дальше?
Анна молча убрала супницу, принесла котлеты с картофелем. Разложила по тарелкам, подала сметану. Свекровь отрезала кусочек котлеты, разжевала. Снова поморщилась.
— Пересолено, — констатировала женщина. — И фарш грубый. Надо через мясорубку дважды пропускать. А картошка недоварена. Хрустит.
— Мне кажется, нормально, — неуверенно сказал Владимир.
— Тебе всё кажется нормальным, — Ольга Павловна положила вилку. — Скоро я научу Аню готовить как следует. Молодая ещё, не умеет.
Анна сжала кулаки под столом. Не умеет? Она готовила с четырнадцати лет, когда мама заболела. Кормила младших братьев, справлялась с хозяйством. Всегда все хвалили её блюда.
— Не волнуйся, мама, — Вова похлопал мать по руке. — Научишь.
Жена посмотрела на мужа. Неужели он правда считает, что еда невкусная? Или просто поддерживает мать?
Обед закончился быстро. Ольга Павловна съела пару ложек борща и половину котлеты. Всё время морщилась, вздыхала, качала головой. Анна убирала со стола, чувствуя, как щёки горят от стыда и обиды.
— Ну ничего, ничего, — свекровь похлопала невестку по плечу перед уходом. — Всему научишься. Главное — старание.
После ухода Ольги Павловны Анна села на диван и уткнулась лицом в ладони. Владимир устроился рядом, обнял жену.
— Не расстраивайся. Мама строгая, но справедливая. Поможет тебе научиться готовить по-настоящему.
— Я умею готовить, — тихо сказала жена.
— Конечно умеешь, — муж поцеловал жену в висок. — Просто мама — профессионал. У неё опыт тридцать пять лет. Есть чему поучиться.
Анна промолчала. Спорить не хотелось. Может, действительно стоит прислушаться к советам свекрови?
Следующий визит Ольги Павловны состоялся через неделю. Анна готовила по рецептам, которые прислала свекровь. Жаркое из говядины, салат оливье, пирог с яблоками. Всё строго по инструкции, без отступлений.
Ольга Павловна попробовала жаркое и нахмурилась.
— Мясо жёсткое. Надо было дольше тушить. И лук не чувствуется. Ты положила лук?
— Положила, — Анна кивнула. — Две луковицы, как вы писали.
— Явно мало, — свекровь отодвинула тарелку. — И морковь крупно порезана. Должна быть мелкая соломка.
— Я старалась резать мелко, — жена посмотрела на своё блюдо.
— Недостаточно мелко, — отрезала Ольга Павловна.
Салат оливье тоже не понравился. Картошка разварилась, горошек какой-то странный, колбаса не той марки. Пирог вышел сырым внутри. Свекровь отломила кусочек, помусолила во рту, выплюнула в салфетку.
— Аня, милая, я понимаю, что ты стараешься, — Ольга Павловна покровительственно улыбнулась. — Но надо ещё много работать над навыками. Может, запишешься на кулинарные курсы?
Владимир кивнул.
— Хорошая идея, мама. Ань, что скажешь?
Анна смотрела на недоеденную еду и молчала. На курсы? Серьёзно?
После этого визиты Ольги Павловны стали регулярными. Каждое воскресенье свекровь приходила на обед. И каждый раз находила массу недостатков. Суп пересолен, мясо недожарено, овощи переварены, выпечка подгорела. Анна пыталась угодить, меняла рецепты, покупала дорогие продукты. Бесполезно.
— Это вообще есть нельзя, — заявила Ольга Павловна, попробовав рыбу под соусом. — Какой-то резиновый вкус. Ты её точно свежую купила?
— Вчера на рынке, — Анна показала чек. — Живую брала, сама выбирала.
— Тогда испортила при готовке, — свекровь поджала губы. — Рыбу надо чувствовать. Понимать, сколько ей нужно времени. А ты передержала.
— Я готовила двадцать минут, как в рецепте, — возразила жена.
— Рецепты — это хорошо, но без таланта не получится, — Ольга Павловна вздохнула. — У некоторых просто нет способностей к кулинарии.
Анна сжала губы. Нет способностей? Её пироги разбирали на рабочих праздниках в первую очередь. Коллеги просили рецепты, хвалили. А свекровь считает, что способностей нет?
— Мама, не будь такой строгой, — попросил Владимир. — Аня старается.
— Старания мало, нужен результат, — отрезала Ольга Павловна.
Замечания становились всё язвительнее. Свекровь больше не стеснялась в выражениях.
— Это что за помои? — женщина ткнула вилкой в тушёную капусту. — Я даже бы своей собаке такое не дала.
— Ольга Павловна, это классический рецепт, — Анна чувствовала, как дрожат руки. — Я готовила по вашей книге.
— По моей книге так не получится, — свекровь отодвинула тарелку. — Ты что-то напутала. Как всегда.
Владимир сидел рядом и молчал. Иногда кивал в поддержку матери, иногда пожимал плечами. Но никогда не защищал жену. Анна чувствовала себя одинокой за собственным столом в собственной квартире.
— Володя, скажи жене, что так готовить нельзя, — Ольга Павловна повернулась к сыну. — Ты же понимаешь, что это несъедобно?
— Ну, мама, может, не так уж плохо, — муж неловко улыбнулся.
— Плохо, — твёрдо сказала свекровь. — Очень плохо. Если бы ко мне гости пришли с таким столом, я бы со стыда сгорела.
Анна встала из-за стола и вышла на балкон. Слёзы душили, но плакать при свекрови не хотелось. Стояла, смотрела на двор, глубоко дышала. Вова не пришёл успокаивать. Сидел с матерью на кухне, слушал её рассказы о правильной готовке.
Через месяц Анна перестала стараться. Готовила простые блюда — макароны, гречку, жареную курицу. Всё равно Ольге Павловне ничего не нравилось. Зачем тогда тратить силы и деньги?
— Ты совсем опустила руки, — констатировала свекровь, ковыряя вилкой куриную ножку. — Даже стараться перестала. Это, конечно, печально.
— Я устала, — честно сказала Анна. — Что бы я ни готовила, вам всё равно не нравится.
— Потому что ты не умеешь, — пожала плечами Ольга Павловна. — Я же говорила — нет таланта. Некоторым просто не дано.
Владимир хмыкнул, но промолчал. Анна посмотрела на мужа с надеждой — вдруг скажет что-то в её защиту? Но муж молча доедал курицу.
Приближался день рождения Анны. Двадцать восемь лет. Жена решила устроить семейный праздник. Пригласить родителей, накрыть стол. Может, хоть в праздник Ольга Павловна будет добрее?
Анна готовилась три дня. Заранее закупила продукты, составила меню. Салаты, закуски, горячее, десерт. Хотелось показать родителям, что дочь справляется с семейной жизнью. И доказать свекрови, что умеет готовить.
Родители пришли первыми. Мама ахнула, увидев накрытый стол.
— Аннушка, ты волшебница! — женщина обняла дочь. — Как красиво всё!
Отец попробовал салат, закивал.
— Вкуснятина! Доченька, ты всегда хорошо готовила, но сегодня превзошла саму себя!
Анна расцвела от похвалы. Родители пробовали блюда, хвалили, просили рецепты. Мама восхищалась пирогом, отец нахваливал запечённое мясо.
— У тебя золотые руки, дочка, — отец налил себе добавку супа. — Владимиру повезло с такой женой.
— Спасибо, папа, — Анна улыбалась, чувствуя тепло в груди.
Родители ушли около шести вечера. Обнимали дочь, благодарили за прекрасный праздник. Анна проводила их и вернулась на кухню убирать. Владимир дремал на диване, объевшись.
В семь позвонила Ольга Павловна. Извинилась за опоздание, сказала, что задержалась у подруги. Анна накрыла стол заново, выставила оставшиеся блюда.
Свекровь села, оглядела стол. Взяла вилку, попробовала салат. Поморщилась. Откусила кусочек мяса. Скривилась. Зачерпнула ложку супа. Поставила обратно.
— Аня, я хотела промолчать, но не могу, — Ольга Павловна отодвинула тарелку. — Это собачий корм, а не еда. Ты подавала это гостям?
Анна остолбенела. «Собачий корм? Родители ели с удовольствием, хвалили каждое блюдо. Владимир съел две порции мяса. О чём говорит свекровь?»
— Родителям понравилось, — тихо сказала Анна.
— Твои родители просто вежливые, — махнула рукой Ольга Павловна. — Или у них совсем нет вкуса. Потому что подавать гостям такую гадость — это стыдно.
Кровь прилила к лицу Анны. Руки задрожали. «Гадость? Собачий корм? Всё, что она готовила, все старания?»
— Вы не имеете права так говорить! — голос невестки дрожал.
— Имею, — Ольга Павловна подняла подбородок. — Я твоя свекровь, и я говорю правду. Ты не умеешь готовить. Смирись уже с этим.
— Замолчите! — Анна вскочила с места. — Хватит! Вы приходите сюда каждую неделю и оскорбляете меня! Ничего вам не нравится! Что бы я ни сделала — всё плохо! Дело не во мне, а в вас! Вы намерено меня унижаете!
— Не кричи на мою мать, — Владимир поднялся с дивана.
— Она оскорбляет меня! — Анна развернулась к мужу. — Называет мою еду собачьим кормом! В мой день рождения! И ты защищаешь её?!
— Мама говорит правду, — Владимир нахмурился. — Ты действительно не очень хорошо готовишь.
— Что? — Анна не поверила услышанному. — Ты серьёзно?
— Серьёзно, — кивнул муж. — Мама старается тебя научить, а ты обижаешься.
— Научить?! — Анна засмеялась истерически. — Она меня унижает! Каждую неделю! А ты поддерживаешь её!
— Аня, возьми себя в руки, — строго сказала Ольга Павловна. — Ведёшь себя как истеричка.
— Истеричка?! — жена шагнула к свекрови. — Я истеричка?! Вы приходите в мой дом и оскорбляете меня! В мой день рождения! И я должна молчать?!
— Не ори на мою маму! — крикнул Владимир.
Анна замерла. Эти слова прозвучали как приговор. Муж встал на сторону матери. Как всегда. Как каждый раз.
— Убирайтесь, — тихо произнесла Анна.
— Что? — Владимир не понял.
— Убирайтесь из моей квартиры, — повторила жена громче. — Оба. Немедленно.
— Ты шутишь? — муж нервно засмеялся.
— Я абсолютно серьёзна, — Анна скрестила руки на груди. — Это моя квартира. Досталась от бабушки до брака. И я требую, чтобы вы ушли.
— Аня, ты не в себе, — Ольга Павловна встала. — Володя, поговори с женой. Она не понимает, что говорит.
— Я прекрасно понимаю, — жена подошла к входной двери, открыла её. — Уходите. Сейчас же.
— Аня, не дури, — Владимир шагнул к жене. — Мы же семья.
— Какая семья? — Анна посмотрела мужу в глаза. — Ты каждый раз встаёшь на сторону матери. Не защищаешь меня. Позволяешь ей оскорблять меня в моём же доме. Это не семья.
— Мама не оскорбляла, — возразил муж. — Просто критиковала.
— Называть еду собачьим кормом — это не критика, — Анна качнула головой. — Это оскорбление. И я больше не намерена это терпеть.
— Вот наглость! — возмутилась Ольга Павловна. — Володя, ты слышишь, как она разговаривает?
— Слышу, мама, — муж повернулся к матери. — Не волнуйся. Она успокоится.
— Я не успокоюсь, — твёрдо сказала Анна. — Уходите.
— Ты с ума сошла?! — Владимир схватил жену за плечи. — Опомнись!
— Не трогай меня, — Анна вырвалась. — Уходи, Владимир. Забирай мать и уходи.
— Это моя квартира тоже! — заявил муж.
— Нет, — покачала головой жена. — Это моя квартира. Подарена бабушкой. В договоре только моё имя. Ты здесь прописан, но собственник — я.
Владимир побледнел. Ольга Павловна схватилась за сердце.
— Вот она какая! — закричала свекровь. — Показала своё истинное лицо! Корыстная!
— Корыстная? — Анна засмеялась. — Я терплю ваши оскорбления полгода! Молчу, стараюсь угодить! А в ответ получаю только унижения! И я корыстная?!
— Аня, давай поговорим спокойно, — попытался урезонить Владимир.
— Не о чем говорить, — отрезала жена. — Собирай вещи. У тебя десять минут.
— Ты не можешь меня выгнать! — муж повысил голос.
— Могу, — Анна достала телефон. — Если не уйдёшь сам, вызову полицию. Объясню, что не хочу видеть тебя в своей квартире.
— Володенька, пойдём, — Ольга Павловна взяла сына под руку. — Не связывайся с этой фурией. Пойдём ко мне, переночуешь.
Владимир смотрел на жену, потом на мать. Сжал кулаки, развернулся, пошёл в спальню. Через пять минут вернулся с сумкой. Лицо злое, губы поджаты.
Владимир с матерью вышли. Свекровь продолжала что-то кричать в коридоре, но слов было не разобрать. Анна закрыла дверь, прислонилась к ней спиной. Тишина обрушилась на квартиру.
Жена вернулась на кухню. Посмотрела на праздничный стол. Села, взяла вилку. Попробовала салат — вкусный. Откусила кусочек мяса — нежное, сочное. Зачерпнула ложку супа — ароматный, насыщенный.
Всё идеально. Родители не врали. Еда действительно получилась замечательной. А Ольга Павловна просто издевалась. Из принципа. Потому что могла.
Анна доела кусочек пирога. Встала, начала убирать со стола. Складывала еду в контейнеры, мыла посуду. Работала механически, не думая ни о чём.
Когда кухня была убрана, жена прошла в спальню. Села на кровать, обхватила колени руками. Владимир ушёл. Унёс вещи. И, скорее всего, не вернётся.
Анна не плакала. Странно, но слёз не было. Только пустота и какое-то облегчение. Больше не нужно терпеть оскорбления Ольги Павловны. Не нужно стараться угодить свекрови. Не нужно смотреть, как муж предаёт, вставая на сторону матери.
Женщина легла на кровать, закрыла глаза. За окном кричали пьяные соседи, где-то играла музыка. Обычный вечер. Только теперь Анна одна.
Утром позвонил Владимир. Голос злой, требовательный.
— Ты вчера перегнула палку. Маме плохо стало от твоего поведения.
— Как жаль, — сухо ответила Анна.
— Ты извинишься перед ней, — не спросил, а констатировал муж.
— Нет, — отрезала жена. — Не извинюсь. Это она должна извиниться передо мной.
— За что? — возмутился Владимир. — Она хотела тебя научить!
— Она унижала меня, — Анна села на диване. — Каждую неделю. И ты позволял. Более того, поддерживал.
— Я поддерживал мать, потому что она права, — заявил муж. — Ты не умеешь готовить.
— Владимир, мои родители хвалили мою еду, — напомнила жена. — Коллеги на работе просят угостить. Друзья в восторге. Не нравится только твоей матери. Как думаешь, почему?
— Потому что у мамы высокие стандарты, — ответил муж.
— Нет, — покачала головой Анна, хотя муж не видел. — Потому что твоя мама токсичная женщина. Которая не может принять, что сын женился. И делает всё, чтобы разрушить наш брак.
— Бред какой-то, — фыркнул Владимир. — Мама хочет нам добра.
— Хочет тебе добра, — поправила жена. — А мне — только плохого. И ты это прекрасно видишь, но не хочешь признавать.
— Хватит нести чушь, — повысил голос муж. — Когда ты извинишься и пустишь меня домой?
— Никогда, — спокойно сказала Анна. — Я подам на развод.
Повисла тишина.
— Что? — наконец выдавил Владимир.
— Развод, — повторила жена. — Я не хочу быть замужем за человеком, который не уважает меня. Который позволяет матери оскорблять жену. Который в момент конфликта кричит не на обидчика, а на жертву.
— Ты серьёзно хочешь развестись из-за какой-то ссоры? — не поверил муж.
— Это не ссора, — Анна встала, прошлась по комнате. — Это результат полугода унижений. Я больше не могу. И не хочу.
— Аня, не будь дурой, — Владимир перешёл на уговоры. — Мы же любим друг друга.
— Ты любишь мать, — тихо сказала жена. — А я не готова быть на втором месте.
— Мама — это мама, — начал объяснять муж. — А ты — жена. Разные вещи.
— Именно, — согласилась Анна. — Жена должна быть на первом месте. А у тебя на первом месте мама. И это не изменить.
— Аня, подожди, давай встретимся, поговорим, — забеспокоился Владимир.
— Нет, — отказала жена. — Всё уже сказано.
Анна отключилась. Заблокировала номер мужа. Потом заблокировала Ольгу Павловну. Села за компьютер, начала искать информацию о разводе.
Следующие дни прошли в хлопотах. Анна собрала документы, записалась на приём к юристу. Владимир пытался дозвониться с других номеров, писал сообщения. Жена игнорировала.
Через неделю пришла Ольга Павловна. Позвонила в дверь, требовала открыть. Анна посмотрела в глазок, не открыла. Свекровь кричала в дверь минут двадцать, потом ушла.
Ещё через неделю документы на развод были готовы. Анна отнесла их в суд. Владимир получил повестку. Позвонил, умолял отозвать заявление. Жена отказалась.
Развод прошёл быстро. Владимир не претендовал на квартиру, зная, что она досталась жене до брака. Совместно нажитого имущества почти не было. Суд расторг брак за одно заседание.
Анна вышла из здания суда. Остановилась на ступеньках, вдохнула полной грудью. Свободна. Больше никаких оскорблений от Ольги Павловны. Никаких предательств от Владимира.
Жена вернулась домой, приготовила себе ужин. Запечённую курицу с овощами, салат, десерт. Накрыла стол, села. Ела медленно, наслаждаясь каждым кусочком.
Вкусно. Очень вкусно. И никто не скажет, что это «собачий корм». Потому что никого нет. Только Анна и её идеальная еда в её собственной квартире.
