— Ну что, братцы, наливайте! — хрипловатый баритон разрезает густой сигаретный дым ленинградской кухни. За столом сидит долговязый парень в очках с тонкой оправой, пальцы его перебирают струны видавшей виды гитары. — День рождения мой сегодня, 13 сентября!
Да-да, именно 13 сентября 1951 года, читатель мой любознательный, в ленинградской семье студентов-однокурсников Первого медицинского института Якова Шмарьевича Розенбаума и Софьи Семёновны Миляевой раздался первый крик будущего народного артиста.
Мальчик, ненавидевший фортепиано
Еврейский мальчик Саша родился в Ленинграде. Но уже через год, по суровому советскому распределению, семья укатила в Восточный Казахстан, в город Зыряновск. Отец Яков, врач-уролог от бога, становится главным врачом городской больницы, а мать Соня принимает роды у местных жительниц. Шесть лет они лечили степняков, прежде чем вернуться в гранитную колыбель революции.
— Сашенька, пальчики держи мягче, ты же не гвозди ими забиваешь! — причитала бабушка Анна Артуровна над расстроенным внуком.
Мальчишка ненавидел музыкальную школу лютой ненавистью. Фортепиано казалось ему орудием пытки, скрипка визжала, как несмазанная телега. Его беспокойную душу тянуло во двор, на ринг, к пацанам…
Бокс стал его первой любовью. В младшей группе «Трудовых резервов» юный Розенбаум месил перчатки так яростно, что тренеры прочили ему олимпийское золото. Но гены взяли свое. Однажды вечером, заглянув к бабушке на работу в контору, он увидел игравшего там джазового пианиста. Тот милостиво пустил подростка за клавиши. Четыре руки ударили по черно-белым зубьям, и Саша пропал. Он начал заниматься дома до кровавых мозолей, а сосед бабушки, прославленный Михаил Минин, показал ему первые аккорды на гитаре.
Врач-музыкант
Дорога вела его прямиком в отцовские пенаты — Первый медицинский институт. Пять лет анатомичек, гнойных перевязок и бессонных ночей. Получив диплом врача-терапевта, Александр пошел работать на самую нервную передовую медицины — в скорую помощь.
— Доктор, пульс нитевидный! — кричали фельдшера.
— Сейчас мы ему такой вальс-бостон сыграем, закачается! — отвечал молодой доктор, делая инъекцию.
Параллельно он учился в вечернем джазовом училище. Выбор между скальпелем и микрофоном дался большой кровью. Медицина давала стабильность, сцена — адреналин. И однажды стетоскоп был повешен на гвоздь навсегда.
Как становятся звездами шансона?
В семидесятые страна слушала Галича, Высоцкого и Окуджаву подпольно, переписывая бобины. Розенбаум вписался в эту обойму, но со своим фирменным медицинским цинизмом и одесским шармом. Ранние его песни, «Гоп-стоп» и «Амнистия», породили миф о том, что автор — бывший зэк. Народ отказывался верить, что интеллигентный еврейский юноша из Ленинграда может так достоверно описать налетчика времен НЭПа.
— Да какой я уркаган, помилуйте! — смеялся потом Александр Яковлевич в интервью Ксении Собчак. — Просто воображение хорошее и Бабеля много читал.
Настоящий гром прогремел в восьмидесятых. Альбом «Памяти Аркадия Северного», записанный с группой «Братья Жемчужные», разлетелся по стране быстрее гонконгского гриппа.
А затем была Афганская война. Розенбаум первым из эстрадников рванул туда, где стреляли. Он пел для ребят в пыльных панамах, под свист ветра в ущельях. Песни «Черный тюльпан», «Монолог пилота «Черного тюльпана»», «Караван» сделали его голосом поколения, прошедшего ту войну. Из блатного лирика он превратился в национального поэта.
О любви строгой и единственной
Читатель, если ты думаешь, что жизнь звезды — это череда блондинок в лимузинах, то сейчас я тебя разочарую. У Александра Яковлевича было всего два брака. Первый, студенческий, лопнул через девять месяцев, как плохо завязанный воздушный шарик.
Но буквально следом, в 1975 году, судьба подарила ему Елену Викторовну Савшинскую. Лена работала врачом-рентгенологом в психиатрической больнице имени Скворцова-Степанова.
— Ты представляешь, — шутил Розенбаум, — она каждый день видит Наполеонов и Клеопатр, а живет со мной. Для нее я — самый адекватный пациент!
Этот брак стал монолитом. Елена никогда не лезла в творческий процесс мужа, обеспечивая надежный тыл. Она не была типичной женой музыканта: она не толкала мужа локтем в бок на светских раутах и не вела за него переговоры с директорами филармоний. Ее помощь была глубже и тише. Когда Александр метался между скальпелем и гитарой, именно Лена дала ему полный карт-бланш. Она понимала, что если этот вулканический темперамент запереть в стенах поликлиники, он взорвется…
Но главным испытанием стали гастроли конца восьмидесятых. Огромная популярность принесла с собой тяжелую алкогольную зависимость. После концертов столы ломились от коньяка, который тогда лился рекой для снятия стресса.
— Я пережил клиническую смерть из-за этого угара, — признавался позже артист.
Именно Елена вытащила его с того света. Не скандалами, не истериками, а тем самым стальным спокойствием врача-рентгенолога психиатрической больницы имени Скворцова-Степанова. Она сумела погасить вспышки его гнева одним словом и заставила пересмотреть отношение к бутылке, когда поняла, что теряет мужа физически
В 1976 году родилась их дочь Анна. Девочка росла болезненной, слабой, и родители тряслись над ней, как над антикварной вазой династии Мин.
Сегодня Анна Александровна — филолог, переводчик, счастливая жена гражданина Израиля Тиберио Чаки и мама четверых детей. Кстати, вместе с мужем она развивает сеть известных пивных ресторанов «Толстый фраер». Дедушка Саша души не чает во внуках — Дэвиде, Александре и близнецах Андрее с Виктором.
Слухи об изменах
Где слава, там и поклонницы. Окружение Розенбаума вспоминает, что вокруг харизматичного мужчины с хриплым голосом всегда вился рой красавиц.
В богемных кругах ходили разговоры о многочисленных романах певца. Надежда Бабкина открыто заявила, что у них с Александром Яковлевичем был роман, выходящий за рамки дружбы.
Имя Александра Розенбаума таблоиды уже в 2020-е упорно связывали и с молодой актрисой Аглаей Шиловской (внучкой знаменитого Всеволода Шиловского). Поводом послужило шоу «Три аккорда», где Аглая стала победительницей в 2021 году. Молодая красотка исполняла песни сидевшего в жюри мэтра настолько пронзительно, со слезами на глазах, что публика зашепталась:
— Здесь не просто Ау… Здесь нечто большее, чем просто уважение к автору.
Но Аглая лишь звонко рассмеялась в ответ:
— Там еще Новиков и Трофим в жюри сидели, за меня голос отдали Я со всеми треями что ли сразу?
Победил рак и отправился на концерт
Но время неумолимо, оно сыплет песок даже в карман самого крепкого орешка. В 2019 году артист перенес тяжелейшую операцию по удалению опухоли (говорят, речь шла даже об опухоли головного мозга). Победил рак и вышел из госпиталя раньше срока, заявив врачам, что у него гастрольный график горит.
В марте 2023-го его прямо со сцены в Красноярске увезли в больницу — дала сбой нога, старая травма боксера напомнила о себе. Летом того же года он потерял младшего брата Владимира, которому не прижилась донорская почка после пересадки. Это стало ударом, от которого трудно оправиться.
Но наш герой словно бы сделан из титанового сплава. В ноябре 2024 года он выпустил мощный альбом «Вдребезги», куда вошли композиции разных лет, которые поклонники слышали на концертах, но ждали их студийной огранки. Осенью 2025 года Александр Яковлевич продолжает держать планку.
Недавно завершился его большой тур по казачьим станицам Юга России — дань уважения теме, которая красной нитью проходит через все его творчество. В свои семьдесят три он остается действующим общественным деятелем, возглавляя Общественный совет при УФСИН по Петербургу и области.
Да, друзья мои, время неумолимо берет свое. Его голос чуть сел, с головы после операции пропали почти все волосы. Но когда он берет гитару и начинает свой знаменитый проигрыш в «Налетела грусть», время останавливается.
Он прошел путь от шпаны с Лиговки до человека-эпохи. От белых халатов скорой помощи до полковничьих погон медицинской службы запаса. От полуподпольных квартирников до аншлагов в Государственном Кремлевском дворце. И знаете, в чем его главный секрет? Он никогда не врал ни в одной строчке. Ни про любовь, ни про смерть, ни про водку, которой, кстати, предпочитает хороший коньяк…
