— Сынок, к тебе гости. Барышня из Казахстана приехала, называет себя твоей невестой, — голос матери в телефонной трубке звучал насмешливо.
— Мам, да что ты такое говоришь! У меня никаких невест нет и быть не может! — почти выкрикнул Анатолий Ярмоленко, сжимая в руке трубку так, что побелели костяшки. Он был в растерянности и уже предчувствовал беду. Самое ужасное, что рядом с ним стояла та, единственная, настоящая — Раиса, его Раечка, приехавшая в Гомель познакомиться с его матерью. Какой кошмарный поворот! «Поступим так…», — начал он, но договорить не успел.
Кто бы мог подумать тогда, в 1970 году, что этот скромный парикмахер из Бобруйска, твердо взяв под руку будущую свекровь, навсегда изменит судьбу одного из самых успешных артистов СССР.
Она прошла через скандалы, соперниц и страшную болезнь, чтобы остаться единственной женщиной, которую по-настоящему любил создатель «Сябров». И только после её ухода он понял, какую пустоту оставляет после себя полвека безраздельного счастья…
«Школа» Бакинского округа: где закалялся характер будущей звезды
Судьба Анатолия Ярмоленко была предопределена с юных лет — парень был слишком хорош собой и обаятелен, чтобы оставаться незамеченным. В школе он понял, что легко покоряет девичьи сердца, а в армии этот «навык» отточил до совершенства. Его служба длилась два с половиной года и проходила в две кардинально разные смены.
Первые десять месяцев — это суровая «школа выживания» в расчёте зенитного ракетного комплекса. А потом судьба сделала крутой вираж: его музыкальные способности заметили и перевели в ансамбль Бакинского округа ПВО.
Эта «кузница кадров» была известна на весь Союз — через неё прошли такие гиганты, как Полад Бюль-бюль оглы и Муслим Магомаев. Здесь Толя не просто пел — он учился быть артистом, блистать на сцене и… пользоваться бешеным успехом у прекрасного пола. Смазливый паренёк в военной форме, да ещё и поющий — отбоя от поклонниц не было.
Именно в Баку его и заприметил директор Гомельской областной филармонии, который приехал организовывать гастроли. Молодой певец с яркими данными ему приглянулся, и весной 1969 года, после дембеля, Анатолий уже обосновался в Гомеле.
Его взяли солистом-вокалистом в филармонию, и он начал работать в эстрадном коллективе «Сувенир». Казалось, жизнь налаживается: любимая работа, гастроли, море внимания. Он и сам не заметил, как превратился в того самого «гуляку напропалую», о котором с укором и тревогой говорили все матери города.
Однажды звонок матери поставил его в тупик впервые: «Толя, к тебе невеста приехала из Усть-Каменогорска! Говорит, ты её замуж позвал!». Анатолий лишь рассмеялся и велел матери дать девушке денег на обратную дорогу. «Ничего серьёзного же не было», — отмахивался он. Он и подумать не мог, что очень скоро история повторится, но на кону в этот раз окажется его настоящее счастье, а он окажется на волосок от его потери.
Испытание в парикмахерской: как «рабочий сцены» проверял будущую жену
Декабрь 1969 года. Гастроли в Бобруйске. Холодно, слякоть. Анатолий зашёл в парикмахерскую — подстричься перед концертом. И замер. За рабочим креслом стояла она. Стройная, с лучезарной улыбкой и таким тёплым, спокойным взглядом, от которого сердце вдруг ёкнуло с непривычной силой.
До этого все его романы были лёгкими, как летний бриз. Познакомился, повстречался, уехал на гастроли — забыл. Здесь же что-то щёлкнуло внутри. И в голове созрел дерзкий, почти ребяческий план. Он решил устроить красавице проверку. Знакомясь, он не сказал, что он артист. Вместо этого он с невозмутимым видом заявил, что работает… простым разнорабочим у приехавших на гастроли музыкантов.
Восемнадцатилетняя Раиса, дочь простых рабочих, не видела в этом ничего зазорного. Симпатичный, подтянутый парень, отслуживший в армии, ей определённо понравился. Они приятно поболтали, а вечером он пригласил её в кафе-мороженое. На следующий день — в кино. А потом, словно между делом, предложил сходить на концерт приезжего ансамбля.
В зале он усадил её на хорошее место, сказал, что ему надо немного поработать за кулисами, и исчез. Рая с интересом разглядывала программу. И вот занавес открылся, началось выступление, и на сцену вышел… тот самый «разнорабочий» Анатолий, но уже в элегантном костюме, с микрофоном в руке.
— Ах ты обманщик! — вспыхнула она после концерта, но в её глазах читалось не столько негодование, сколько изумление и даже восхищение.
— Раечка, прости, — оправдывался Ярмоленко, поймав её взгляд. — Хотел понять, будешь ли ты общаться с простым парнем, а не с артистом со сцены. Вижу, что зря сомневался.
Раиса лишь улыбнулась, и этой улыбки ему хватило, чтобы понять всё. Перед отъездом они обменялись адресами. Началась переписка, в которой раскрывались их души. И с каждым письмом Анатолий, заядлый гуляка, с удивлением обнаруживал, что у него пропадает всякое желание знакомиться с кем-либо ещё. Из головы не выходил образ девушки из Бобруйска. В нём созрело твёрдое, взрослое решение: пора. Пора остепениться, пора создавать семью. И он написал ей самые важные слова: «Приезжай в Гомель. Познакомишься с мамой. Мои намерения — самые серьёзные».
Битва за «своего мужчину»: как Раиса отодвинула соперницу со словами «Пойдёмте, мама»
Раиса приехала без долгих раздумий. Маме Анатолия, Прасковье Михайловне, скромная, работящая и невероятно душевная девушка пришлась по сердцу сразу. Всё в её руках спорилось, без дела не сидела, по дому помогала — идеальная невеста. Казалось, ничто не может омрачить эту идиллию.
Роковой вечер начался как обычный. Молодые люди вернулись с киносеанса, болтая о впечатлениях. У подъезда их поджидала соседка с ехидной ухмылкой:
— Толик, а к тебе гости ещё одни записались. Ждут.
Лёд сковал душу. Анатолий, уже наученный горьким опытом, мгновенно всё понял. Поднявшись, они увидели на пороге квартиры девушку. Приехавшая из Ашхабада поклонница, с которой когда-то были мимолётные курортные увлечения, узнав адрес (как — осталось загадкой), явилась с твёрдым намерением выяснить отношения.
Не успел Анатолий опомниться, как девушка бросилась ему на шею с радостным возгласом. В этот момент время остановилось. Все замерли: он в оцепенении, мать в тревожном ожидании, гостья в уверенности своей победы.
И тогда случилось то, что навсегда определило расстановку сил. Раиса, до этого молча наблюдавшая за сценой, не раздумывая ни секунды, сделала два решительных шага. Она спокойно, но твёрдо отодвинула в сторону бросившуюся на её избранника девушку. Затем подошла к ошеломлённой Прасковье Михайловне, бережно взяла её под руку и, глядя прямо в глаза будущей свекрови, чётко и ясно произнесла: «Пойдёмте, мама». Обернувшись к бледному как полотно Анатолию, добавила: «Анатолий, не отставай» — и проследовала в квартиру, оставив соперницу в полном смятении на лестничной площадке.
Этим поступком, сочетающим в себе и достоинство, и железную волю, и глубокое уважение к матери любимого, она раз и навсегда утвердила своё право быть хозяйкой в его жизни и в его сердце. Больше испытаний не потребовалось. Туркменской гостье Анатолий, как когда-то казахстанской, дал денег на билет и попросил больше не возвращаться. Вопрос был решён.
«Сябры»: семья, ставшая делом всей жизни
Официально они стали мужем и женой в октябре 1970 года. А уже в 1971-м родился их первенец — сын Святослав. Раиса, для которой расставания на время гастролей были немыслимым мучением, проявила характер ещё раз. Она пришла в филармонию и потребовала взять её на работу, чтобы быть рядом с мужем. Ей отказывали, ссылаясь на запрет «семейственности». Но она, уже научившись бороться, дошла до обкома партии — и добилась своего.
Её оформили… звукорежиссёром в ансамбль. «Какой уж там был звук, один микрофон включить…», — позже со смехом вспоминал Анатолий Иванович. Но Раиса бралась за всё. Она была и осветителем, и костюмером, и бригадиром. Именно её безупречный вкус и забота создали тот самый элегантный, узнаваемый сценический образ «Сябров», который покорил миллионы.
В 1976 году семья стала ещё больше — родилась дочь, которую назвали Ольгой. Но вскоре все, включая родителей, стали звать её Алесей. Имя стало не просто домашним — творческим псевдонимом. Ведь кто, как не её отец, так проникновенно пел на всю страну: «Алеся… алеся…». Дети выросли в атмосфере музыки и, конечно, пошли по стопам родителей, став частью легендарных «Сябров». Анатолий никогда не скрывал, что помогал им, но всегда спрашивал с вызовом: «А вы разве можете отрицать их талант? Я их отец и счастлив, что помог им состояться».
Так сложилась их уникальная вселенная: ансамбль был продолжением семьи, а семья — опорой ансамбля. «У нас была уникальная семья, — с грустью и гордостью говорил Ярмоленко. — Многие удивлялись, как можно так долго хранить любовь? С моей Раечкой — можно было».
«Мне безумно сейчас не хватает тебя…»: песня, ставшая реквиемом
Идиллия длилась более полувека. Но в 1983 году в их жизнь, как удар молнии, ворвался страшный диагноз Раисы: рак щитовидной железы. Врачи разводили руками. Но Анатолий опускать руки не собирался. Он нашёл лучших специалистов, сделал всё, что было в человеческих силах. И случилось чудо — болезнь отступила.
После этого семья перебралась в Минск, чтобы быть ближе к столичным клиникам. Казалось, самое страшное позади. Они прожили вместе 51 год, пройдя через все мыслимые и немыслимые испытания, но не растеряв ту самую любовь, что началась в бобруйской парикмахерской.
В октябре 2021 года Раисы Ивановны не стало. Для Анатолия Ивановича мир остановился и потерял краски. Спасала только работа. Спустя год, в октябре 2022-го, он выпустил песню, которая стала его самым пронзительным признанием и криком души. Он выложил клип в соцсети с подписью: «Год без тебя… Прости, родная… Благодарю за все…».
Песня называется «Певчее поле». Её авторы — композитор Леонид Захлевный и поэт Владимир Некляев. В ней — вся боль семидесятипятилетнего мужчины, потерявшего половину себя:
Мне безумно сейчас не хватает тебя,
Бьётся сердце моё, не пойму я себя.
И я напрочь забыл всё, что было со мной,
Будто в вечность ушла моя память с тобой…
Клип был снят в минском Парке Победы, куда они часто ходили вместе. Дом, где всё напоминало о любимой жене, он отдал внуку. Сам же остался жить в квартире с их общей собачкой, которую так обожала Раиса.
Он часто повторял, что ему безумно повезло с женой. Что она была не только любимой женщиной и матерью его детей, но и тем самым надёжным тылом, о котором мечтает каждый мужчина. И теперь, когда этого тыла нет, он чувствует себя кораблём, потерявшим якорь в открытом море. Но держится. Ради детей, внуков и ради той самой песни, что теперь звучит как завет и вечная память о любви, победившей расстояние, время, болезни и даже саму смерть.
