Кажется, большая российская эстрада впервые за долгие годы почувствовала себя неуютно. Те артисты, которых раньше считали практически неприкасаемыми, сегодня всё чаще сталкиваются с холодной реакцией публики. И никакие блестящие костюмы, громкие титулы и двадцать старых хитов уже не гарантируют полного зала.
Сергей Соседов формулирует это куда жёстче. По смыслу его позиция сводится почти к приговору: «Сцена – не дом престарелых!» Если артист десятилетиями выходит к людям только потому, что когда-то был велик, этого уже недостаточно.
И, знаете, в 51 год мне эта мысль совсем не кажется оскорблением возраста.
Киркоров: когда масштаб перестаёт удивлять
Филипп Киркоров много лет строил карьеру на принципе «чем больше, тем лучше». Больше перьев. Больше света. Больше декораций. Больше скандалов вокруг каждого выхода. Когда-то это действительно работало.
Зритель приходил и ждал шоу, какого больше никто не сделает. Но у любой роскоши есть неприятное свойство – к ней привыкают. Если десять лет подряд вы показываете публике золотой дворец, на одиннадцатый она уже не ахает.
Я как стилист сталкиваюсь с этим постоянно. Женщина надевает на себя сразу ожерелье, серьги, браслеты, стразы, яркую сумку и туфли с камнями, а потом удивляется: почему образ выглядит не дорого, а тяжело? Потому что иногда нужно УБАВИТЬ.
И мне кажется, Киркорову сегодня мешает именно страх убавить. Он всё ещё будто соревнуется с самим собой образца двадцатилетней давности. Но публика уже другая.
Долина: голос есть, а любовь зрителя не вечная
Второе имя, которое часто всплывает в подобных разговорах, – Лариса Долина. С профессиональной точки зрения спорить с её вокальными возможностями трудно. Но концертная индустрия устроена жестоко: хороший голос сам по себе не гарантирует, что человек купит билет.
Зритель покупает не ноты. Он покупает отношение. А вокруг Долиной за последние годы накопилось слишком много резких дискуссий, споров и ощущения некоторой дистанции между артисткой и обычной публикой. Когда эта дистанция становится большой, вернуть прежнюю теплоту невероятно сложно.
Есть артисты, которым зритель прощает даже фальшивую ноту, потому что любит их как родных. А есть другой случай: человек поёт технически идеально, но вы сидите в зале и ничего не чувствуете.
Что важнее? Вот тут каждый отвечает сам.
Малинин и эффект музейного экспоната
Александр Малинин – это совершенно другая история. Здесь нет постоянной эпатажности Киркорова или бурных публичных конфликтов, но возникает другая проблема. Ощущение, будто время вокруг артиста остановилось.
Те же интонации. Та же эстетика. Та же аудитория, которая постепенно становится старше вместе с ним. Само по себе это вовсе не плохо. Более того, огромное количество артистов прекрасно живёт десятилетиями именно благодаря верной публике. Но беда начинается, когда новые поколения не видят причины присоединяться.
И тогда концерт превращается почти в встречу выпускников. Все помнят песни, улыбаются, испытывают ностальгию. Но новых зрителей становится всё меньше. Так может ли артист бесконечно существовать только на старом багаже? Вот здесь Соседов и бьёт в самое больное место.
Почему ветераны боятся уйти?
Со стороны кажется: ну заработал человек достаточно, есть квартиры, дома, имя, награды. Почему бы не остановиться красиво?
Но сцена – это наркотик посильнее денег. Аплодисменты невозможно положить на банковский счёт, зато без них многие артисты внезапно перестают понимать, кто они вообще такие.
Вчера вам вставали в зале две тысячи человек. Сегодня вы сидите дома. Телефон молчит. Никто не присылает цветы. Вот это психологически пережить гораздо тяжелее, чем потерю очередного гонорара.
Поэтому я не совсем согласна с теми, кто объясняет всё одной жадностью. Деньги, конечно, играют роль. Но статус порой куда страшнее потерять. Микрофон становится доказательством собственной нужности.
Зритель не обязан любить за прошлые заслуги
Вот это, на мой взгляд, главное изменение последних лет. Когда-то телевидение само назначало нам звёзд. Человека ставили в новогодний эфир, крутили по радио, показывали на всех больших концертах – и постепенно вся страна знала его песни. Сегодня так уже не работает.
У зрителя сотни каналов, стриминги, интернет, стендап, рок, рэп, камерные концерты. Он может вообще никогда не включить телевизор и при этом прекрасно знать десятки новых артистов. То есть старая эстрада потеряла монополию.
И это прекрасно. Потому что теперь фамилия на афише больше не означает автоматическую продажу билета.
Молодые выигрывают без перьев и корон
Посмотрите на артистов, которые действительно собирают преданную публику. Там часто нет ощущения, что к зрителю спустился небожитель.
Баста может выйти практически без цирка вокруг себя и держать огромный зал за счёт энергетики. Рок-группы годами собирают людей, потому что слушатель точно знает, зачем туда идёт. Кипелову не нужно переодеваться пять раз за концерт. Ему достаточно выйти и запеть. Вот это и есть сила.
Я вообще замечаю любопытную тенденцию. Чем сильнее артист, тем меньше ему нужно доказывать свою «звёздность» внешними атрибутами.
Это как с одеждой. Если женщина по-настоящему уверена в себе, ей не обязательно носить логотип размером с грудь. Хороший крой работает тихо. Так же и талант.
Уходить тоже нужно красиво
Но есть здесь важный момент, который нельзя превращать в травлю пожилых артистов. Возраст сам по себе не должен быть причиной ухода со сцены.
Если человек в 75 лет собирает полный зал, прекрасно поёт и интересен публике, то пусть выступает хоть до ста. Сцена действительно не дом престарелых, но она и не паспортный стол.
Главный критерий один – нужен ли ты зрителю СЕЙЧАС. Не двадцать лет назад. Не потому, что у тебя звание. Не потому, что тебя знают родители нынешних зрителей. А сейчас.
И если люди перестают покупать билеты, никакой критик не вынесет более жёсткого приговора, чем пустое кресло в зале. Вот его невозможно переубедить пресс-релизом.
Мне кажется, ветеранам нашей эстрады сегодня нужен не скандальный уход, а умение вовремя переосмыслить себя. Кто-то может сделать камерную программу. Кто-то отказаться от дешёвого эпатажа. Кто-то наконец перестать соревноваться с молодыми и превратить возраст в достоинство.
Потому что старость не мешает быть великим артистом. Мешает другое – убеждённость, что публика обязана любить вас вечно только за прошлые заслуги.
А как считаете вы, Киркорову, Долиной, Малинину и другим ветеранам действительно пора уступать место молодым или настоящий артист имеет право оставаться на сцене столько, сколько его готов слушать хотя бы один полный зал?
