Девяностые. Эпоха безвременья и оглушительной свободы, когда старая страна трещала по швам, а на ее руинах рождалась новая, дерзкая поп-культура. На сцене блистает юный, невероятно красивый Филипп Киркоров с глазами цвета южного неба. А рядом с ним, в золотом свете софитов, стоит она — хрупкая семнадцатилетняя фея с лицом античной богини.
— Поехали со мной на гастроли, Маша, — хрипло шепчет ей Филипп где-то в гримерке Дворца спорта, сжимая ледяные пальцы девушки. — Я сделаю тебя звездой.
— Но я же не певица, Фил, — тихо отвечает Мария Шатланова, студентка Московского авиационного института, победительница конкурса «Мисс Подмосковье» 1989 года. — Я учусь в институте, буду строить самолеты.
— К черту самолеты! — вспыхивает он, и его фирменная улыбка ослепляет зал. — Ты будешь летать выше любого самолета. Только скажи мне честно… ты петь-то умеешь?
— В хоре пела, — смущенно признается она.
И этого оказалось достаточно, чтобы бросить престижный вуз, семью и шагнуть в бездну, пахнущую пылью дорог и дешевым шампанским.
Корона «Мисс Подмосковье»: Как встретились две вселенные
Был промозглый московский вечер 1988 года. Зал Дома культуры был набит до отказа. Юный болгарский лебедь советской эстрады, которому едва стукнуло двадцать, искал лицо для своего нового шоу. Он пришел на конкурс красоты не как гость, а как охотник. И он нашел свою добычу.
Мария Шатланова взяла корону. Она была воплощением той самой аристократичной, холодной красоты, которой так не хватало советскому глянцу. Высокая, статная, с копной темных волос и взглядом, в котором читалась вся мировая скорбь. Филипп смотрел на нее из-за кулис, и мир вокруг переставал существовать.
Вскоре его новая муза уже примеряла сценические костюмы. Она стала неотъемлемой частью его балета, его тенью, его воздухом. Их роман закрутился стремительно, словно смерч над Черным морем. Это была та самая первая, чистая, почти детская любовь, о которой пишут в бульварных романах, но которая редко случается в реальной жизни, полной зависти и денег.
Золотой век клипов: «Ты, ты, ты» и украденное небо
Начало девяностых. Время абсолютной власти Филиппа. Если у него есть хит — значит, в нем обязана быть Маша. Вы помните эти гипнотические видеоклипы, которые крутили по всем каналам?
«Атлантида». Бледная красавица смотрит вдаль, ожидая мужчину своей мечты. Камера берет крупный план ее огромных глаз, полных слез.
— Смотри на меня! — командует режиссер. — Представь, что мы никогда больше не увидимся!
И актриса плачет взаправду. Потому что они действительно боялись потерять друг друга в этом безумном калейдоскопе городов…
А потом был взрывной шлягер «Ты, ты, ты». Там Шатланова танцует, грациозная как кошка, недоступная и желанная одновременно. Зритель сходил с ума от этой пары. Они казались идеальной династией грядущего музыкального олимпа. Филипп носил ее на руках буквально — выносил на поклоны после концертов, целовал перед камерами назло всем.
Но за этим глянцевым фасадом скрывался тяжелый труд. Гастроли длились месяцами. Старые гостиницы, холодные автобусы, вечный недосып. Мария варила ему кофе по ночам, штопала порванные лосины и терпеливо ждала, пока молодой амбициозный лев метит территорию.
Ревность Примадонны: Когда Москва становится тесной
А высоко над ними, в своем неприступном замке, правила королева. Алла Пугачева. Великая, ужасная, гениальная женщина, которая к тому моменту уже давно заметила настырного мальчишку Филю.
История их отношений — это шекспировская драма. По одной из самых горьких версий, подтвержденной годами кулуарных слухов и недавних откровений, именно Алла Борисовна поставила Филиппу ультиматум. Талантливая девочка-конкурентка должна исчезнуть.
— Филипп, дорогой, — медовый голос Пугачевой мог заморозить лаву. — Эта девушка портит тебе имидж. Она слишком правильная. Слишком скучная. Либо сцена со мной, либо иди пой свои серенады в подземных переходах.
Для молодого артиста выбор был очевиден, хотя и чудовищно болезненным. Масштаб личности Аллы требовал жертвоприношения. И жертвой стала Маша.
Исчезновение музы: Приказ об аннулировании
Это было похоже на сталинские чистки в миниатюре. Из архивов телеканалов начали пропадать кадры с ее участием. Монтажеры получали негласные указания вырезать Марию из финальных версий клипов при ротации. Ее имя вымарывалось из пресс-релизов.
Шатланова утверждает:
— Алла Борисовна меня ненавидела и делала всё, чтобы я ушла от Киркорова.
Примадонна приходила на репетиции балета Филиппа и наводила там свои порядки, придираясь к танцовщице. По воспоминаниям Марии, в один день ей просто объявили об увольнении без объяснения причин.
К тому моменту Филипп уже был официально женат на Алле Пугачевой. А сама Маша была беременной. Когда округлившийся живот Маши стал заметен, шоу-бизнес немедленно загудел сплетнями о том, что отец ребенка — сам поп-король, атмосфера превратилась в невыносимую пытку. По словам самой Шатлановой, именно Алла Борисовна настояла на её увольнении. Её буквально вышвырнули из труппы без права на прощание со зрителями.
— Я отдавалась Филиппу без остатка, а Пугачева выгнала меня на улицу беременной. Я осталась одна, беременная, посреди всей этой грязи и слухов, — с горечью вспоминала Мария годы спустя. — Меня уволили по указке сверху. Добрые люди донесли Алле, что я жду ребенка, и это стало последней каплей.
Чтобы прекратить травлю и пресечь бесконечные пересуды желтой прессы, она назвала отцом своего ребенка ресторатора Олега Бацких, действительно ставшего впоследствии её мужем. Но правду мало кто хотел слышать — легенда о «дочери Киркорова» оказалась для публики куда вкуснее реальности..
На фоне ледяной войны, которую объявила Марии Примадонна, единственным человеком из клана Киркоровых, кто не отвернулся от девушки и искренне её жалел, был отец певца — Бедрос. Именно он, мудрый старый армянин, видел в Маше глубоко порядочную и любящую женщину. Пока Филипп метался между двух огней, а Алла Борисовна методично выживала беременную танцовщицу из коллектива, именно Бедрос Киркоров-старший заступался за неё на семейных советах, называя «настоящей женой» своего непутевого сына. Бедрос единственный понимал всю низость происходящего травли. Но его тихий голос совести так и не смог перекричать властный рык будущей королевы эстрады, решившей стереть первую любовь Филиппа в пыль.
В декабре 1999 года у Маши родилась дочь Анастасия. Вместе с ней навалились одиночество, паника и полное отсутствие средств к существованию. Маша перестала заботиться о себе, сильно исхудала и выглядела, по её собственным словам, как «ходячий труп». Прошлое казалось навсегда утраченным, и единственным смыслом жизни оставалась маленькая Настя, ради которой нужно было выжить любой ценой
Когда же Мария попыталась начать сольную карьеру и даже записала альбом на музыку Вячеслава Добрынина, ее песни не брали на радио. Знакомые шепнули ей, что вмешался «некто очень влиятельный» — понятно кто…
Мария уверена, что Пугачева видела в ней опасную конкурентку за влияние на молодого артиста, а потому методично добивалась её исчезновения из его жизни и шоу-бизнеса в целом. Так Шатланова оказалась в вакууме. Мир, который обещал ей звезды, захлопнул перед ней дверь…
Она ушла тихо. Без скандальных интервью, без продажи нижнего белья в газеты. Просто растворилась в московской толпе. Пыталась вернуться в авиацию, но двери были закрыты. Долго лечила нервы. Самую светлую страницу биографии Филиппа приказано было вырвать с мясом и сжечь…
Сквозь пепел времени
Посмотрим на старые записи «Рождественских встреч» начала девяностых. Вот он, молодой Киркоров — горячий, искренний, влюбленный по уши. Он еще поет не ради миллионов долларов. Он поет, глядя только на одну женщину в первом ряду. На Машу.
В этих кадрах на нем еще нет нынешнего тяжеловесного золота, перьев и фальшивого пафоса. Есть только живая душа. Уверен, если бы тогда, в тот злополучный день выбора между великой Королевой и верной Музой, Филипп проявил бы мужскую твердость, история нашей эстрады пошла бы совсем другим путем.
Возможно, он не стал бы «поп-королем всея Руси», купаясь в лучах чужой славы. Но он остался бы счастливым человеком. А Мария, эта незаслуженно забытая Атлантида нашего шоу-бизнеса, возможно, подарила бы нам великий голос.
Где ты теперь, принцесса Подмосковья?
Мария Шатланова уже более 20 лет замужем за московским ресторатором Олегом Бацких. Она работает преподавателем йоги, проводит мастер-классы в Москве и за рубежом. Её дочь Анастасия выросла, окончила музыкальную школу и ведет творческую жизнь.
Спустя 10 лет после расставания они с Филиппом увиделись в студии программы Андрея Малахова «Пусть говорят», посвященной дню рождения Киркорова. Малахов представил хрупкую женщину с каштановыми волосами, державшую за руку десятилетнюю дочку:
— Филипп, это Маша Шатланова!.
Поп-король замер от неожиданности:
— Маша… Машенька! Вот это встреча… А кто эта девочка?.
На глазах Марии показались слезы:
— Дочка….
Филипп тепло обнял бывшую возлюбленную и признался:
— Я все помню… Это целый период жизни! Это мое начало, первые хиты… Я не видел тебя десять лет, боже! Знал, что у тебя родилась дочка… Но в этой суете забывал позвонить, поговорить…»
В ответ растроганная Мария пожелала ему счастья и заплакала. Сам Киркоров позже признавался, что для него эта внезапная встреча стала огромным потрясением….
