Игорь Костолевский из тех мужчин, чей облик на экране мгновенно рождает образ идеального рыцаря. Высокий, статный, с копной кудрявых волос и бездонным, слегка грустным взглядом — Игорь Костолевский ворвался в советский кинематограф подобно вихрю. После премьеры исторической драмы «Звезда пленительного счастья» в него влюбились решительно все женщины Советского Союза. Почтовые ящики лопались от писем, а у служебного входа театра дежурили толпы восторженных поклонниц.
Но за этим ослепительным фасадом баловня судьбы скрывался человек тонкой душевной организации, которому пришлось пройти через долгие годы профессиональной неуверенности, пережить тяжелейшую личную драму, связанную с болезнью единственного сына, и полностью изменить свою жизнь уже в зрелом возрасте.
Шалости московского интеллигента и пророчество о Есенине
Игорь Костолевский родился в Москве 10 сентября 1948 года в очень уважаемой и обеспеченной семье. Его отец, Матвей Матвеевич, занимал солидную должность — возглавлял министерское объединение «Экспортлес», а мама, Витта Семеновна, была настоящей хранительницей домашнего очага. В их доме на Покровке всегда царила атмосфера старой московской интеллигентности: родители свободно владели иностранными языками, собирали прекрасную библиотеку и старались привить Игорю и его старшему брату Валерию безупречные манеры.
Правда, в детстве будущий кумир миллионов был тем еще сорванцом. Энергия в мальчике била ключом. Семейная легенда гласит, что во время первого похода в Большой театр маленький Игорь, едва дослушав увертюру к «Лебединому озеру», на весь зал громко закричал: «Ну, начинайте уже!» В школе он постоянно балансировал на грани отчисления за каверзы и проделки, а во дворе то и дело ввязывался в мальчишеские драки. Чтобы направить пыл сына в мирное русло, родители отдали его в секцию бокса, но этот спорт юноше быстро надоел.
После школы Игорь по настоянию отца устроился испытывать электронные приборы для космической отрасли в НИИ кварцевой промышленности, параллельно доучиваясь в вечерней школе, а затем поступил в строительный институт (МИСИ). Но точные науки навевали на него тоску. Решающим стал случай: девушка, в которую Игорь был безответно влюблен, как-то мимоходом заметила, что у него благородный профиль и он удивительно похож на поэта Сергея Есенина. Эта мимолетная фраза так запала в душу юноше, что он тайно забрал документы из МИСИ после третьего курса и отправился штурмовать театральные вузы.
Сквозь гнев режиссера к признанию
Первая попытка в Школе-студии МХАТ провалилась с треском — от волнения абитуриент забыл текст. Но год спустя удача улыбнулась ему в ГИТИСе. Правда, учеба на курсе великого и грозного Андрея Гончарова стала для Костолевского суровым испытанием. Строгий мастер не раз доводил робкого юношу до слез своими резкими замечаниями, а на первом курсе Игоря и вовсе хотели отчислить за профнепригодность — он зажимался и казался абсолютно беспомощным на сцене.
Спасла Костолевского кропотливая работа с педагогом по сценической речи, которая помогла ему обрести внутренний голос и уверенность. К выпускному году он стал одним из лучших учеников, и в 1973 году Гончаров пригласил его в Театр имени Маяковского. Но и там молодому актеру долгое время не давали ходу, маринуя в массовке.
Настоящим спасением стало кино. Роль декабриста Ивана Анненкова в «Звезде пленительного счастья» режиссера Владимира Мотыля сделала Костолевского знаменитым на всю страну. Интересно, что этой роли могло и не быть: строгий отец спрятал пришедшую на домашний адрес телеграмму с приглашением на пробы, считая актерство несерьезным занятием. Но мама тайно нашла бумагу и передала сыну. Гончаров тоже не хотел отпускать артиста на съемки, из-за чего между ними вспыхнул затяжной конфликт. В какой-то момент Костолевский даже уехал работать по контракту в Норвегию, где блистательно сыграл Вестника в «Орестее».
Позже фильмография актера пополнилась такими шедеврами, как военная драма «А зори здесь тихие» (где его крошечная роль друга Сони Гурвич запомнилась зрителям без единого слова, одними глазами), пронзительный «Законный брак» и культовый детектив «Тегеран-43». В последнем проекте партнером Костолевского стал сам Ален Делон. Игоря Матвеевича звали и в Голливуд — например, предлагали роль в «Крепком орешке», но он отказался, сочтя сценарий клюквенным и плоским. Зато позже он блестяще воплотил образ Степана Верховенского в отечественной экранизации «Бесов», получившей премию «Золотой орел».
20 лет чужого счастья и родительская боль
Личная жизнь Костолевского всегда была окутана слухами. В юности у него случился бурный роман со знаменитой актрисой, которая была на десять лет старше и несвободна, но эти отношения зашли в тупик. Главной же женщиной его молодости стала утонченная актриса Елена Романова. Они познакомились на съемках доброй советской комедии «Отпуск за свой счет». Экранный роман быстро перерос в реальный, завершившись красивой свадьбой. В этом союзе, продлившемся почти двадцать лет, родился долгожданный сын Алексей.
В театральных кругах их семью считали образцовой, хотя близкие знали, что супруги очень разные по темпераменту. Настоящая трещина побежала по семейному фундаменту, когда сыну исполнилось 17 лет. Игорь Матвеевич принял решение уйти из семьи, что обернулось громким скандалом и затяжной обидой со стороны Елены.
Сыну Алексею уход отца дался нелегко, но со временем они смогли восстановить теплые отношения. Юноша рос невероятно талантливым, окончил факультет международного права в МГИМО, затем уехал в Америку учиться на режиссера. Однако в США с молодым человеком произошел глубокий внутренний надлом. Вернувшись в Россию, Алексей внезапно оставил все мирские дела и ушел в жесткую религиозность.
Сегодня его часто видят у московских станций метро: с мегафоном в руках он проповедует Евангелие, привлекая недоуменные взгляды прохожих. Для Игоря Костолевского эта тема — незаживающая рана. В своих редких, очень горьких интервью артист признался, что пытался сделать все возможное, но бессилен перед медицинской реальностью: его единственный сын страдает тяжелым психическим заболеванием, периодически лечится в клиниках, но отказывается от постоянной помощи, находясь под сильным влиянием своей матери, которая поддерживает его нынешний образ жизни.
Французский ангел по имени Евдокия
Когда Игорю Костолевскому было уже за пятьдесят, судьба подарила ему встречу, которую сами французы называют coup de foudre — удар молнии. На одном из театральных банкетов он столкнулся взглядом с французской актрисой Консуэло де Авиланд. Наследница старинного аристократического рода, родившаяся в Нью-Йорке и выросшая в Париже, она с юности дала себе зарок никогда не выходить замуж за актеров и уж тем более не связывать жизнь с Россией, которую знала только по книгам.
Но Костолевский нарушил все ее планы. В первый же вечер, повинуясь какому-то необъяснимому порыву, он подошел и поцеловал незнакомку. Консуэло тогда лишь рассмеялась, решив, что это такая эксцентричная русская традиция. Однако Игорь проявил настоящую дворянскую настойчивость: четыре года он не давал француженке забыть о себе, звонил в Париж, летал на свидания и совершал безумные поступки.
Ради любви к русскому актеру Консуэло совершила невозможное: она оставила успешную карьеру во Франции, переехала в заснеженную Москву и приняла православие, получив при крещении славянское имя Евдокия.
«Многие мои знакомые недоумевали: как можно было уйти от признанной красавицы Романовой к женщине с такой нестандартной, необычной внешностью? А я каждый день смотрю на Дусю и понимаю — она для меня самая прекрасная на свете. Она — моя главная опора, мой воздух», — с гордостью говорит актер.
Евдокия не стала просто «женой знаменитости». Она нашла себя в совершенно новой сфере — стала официальным представителем Ассоциации российских железных дорог (РЖД) во Франции. Именно благодаря ее неиссякаемой энергии и дипломатическому таланту после многолетнего перерыва было восстановлено прямое железнодорожное сообщение между Москвой и Парижем (знаменитый поезд Nice Midnight Express). За этот огромный вклад в международные отношения президент России вручил Евдокии орден Дружбы.
Сегодня Игорь Матвеевич с теплой улыбкой шутит: «Вот ведь как интересно судьба повернулась: женился на утонченной французской актрисе, а живу с настоящей русской железнодорожницей!» В их уютном доме нет места суете шоу-бизнеса. Пройдя через множество жизненных испытаний, потерь и тревог за близких, Костолевский обрел то самое тихое, домашнее счастье, которое не зависит от мнения критиков и зависти окружающих. Счастье быть понятым и бесконечно любимым.
