Она всегда умела создавать красоту из ничего. Из груды строительного мусора, из неуютной бетонной коробки, из собственной жизни, которая то и дело разлеталась на осколки. Альбина Назимова. Для одних – гениальный декоратор, создавший лицо московских ресторанов нулевых. Для других – загадочная вдова, чья фамилия навсегда вписана в криминальную историю страны кровавыми буквами.
Три мужа. Двоих она пережила и похоронила. Одного убили на глазах у всей страны. Третьего, кажется, нашла сама судьба – у подножия испанских гор. Но обо всем по порядку. Сегодня мы заглянем за красивые фасады жизни Альбины Назимовой, чтобы понять, сколько боли может выдержать хрупкая женщина с железным характером.
Драгоценности на фантики: детство в тени репрессий
Альбина родилась в 1963 году в Москве. Но столичное происхождение вовсе не означало беззаботного детства с манной кашей и плюшевыми мишками. Семья Назимовых хранила молчаливую трагедию. Мама Альбины росла сиротой при живых-то родственниках. Дедушку будущей звезды экрана расстреляли, бабушку сослали в лагеря. Ребенка, чтобы спасти, просто списали в интернат. Такие вот пироги с «сороковыми» годами.
Сплетники до сих пор спорят: богато жили Назимовы или бедно? Сама Альбина как-то обмолвилась историей, которая ставит точку в этом вопросе. Будучи мелкой девчонкой, она выменяла мамины драгоценности на роскошную по тем временам ценность – коробку с фантиками. Можно ли представить, чтобы ребенок из нищей семьи разбрасывался ювелиркой? Вряд ли. Значит, золото в доме водилось. Но и роскоши не было. Скорее, интеллигентный средний класс, который умел считать копейку, но при этом не забывал об искусстве.
Кстати, училась Альбина в одной школе с Игорем и Вадимом Верниками. Те, правда, были звездами с пеленок, а Назимова – девочкой из хорошей семьи, которая параллельно с «обычной» школой таскалась в «художку». Училась без фанатизма, тройки-четверки, но была начитана так, что могла поддержать разговор о любом художнике эпохи Возрождения.
Реставратор, который переставлял мебель в 12 лет
Первое образование Альбина получила серьезное, мужское – реставратор. И пошла работать в Музей Востока. Пыль, тишина, кропотливый труд. Казалось бы, судьба предопределена: до пенсии реставрировать старых будд. Но внутри Назимовой сидел бесенок. Еще в детстве, стоило маме уехать в отпуск, 12-летняя Альбина начинала двигать мебель. Шкафы, кровати, тумбочки – все должно было стоять не как у людей, а как красиво.
Именно эта страсть к переустройству пространства и вытащила её из музейного запасника в мир большой моды и дизайна. Она брала частные заказы, оформляла интерьеры, и скоро о талантливом реставраторе заговорили в узких кругах. Позже в её послужном списке появятся культовые места: ресторан «Cantinetta Antinori», бар «Пробка на Цветном», модные фитнес-центры столицы.
Сама Альбина признавалась: возиться с частниками – то еще наказание. Это ж надо влезать в голову заказчика, угадывать его тараканов, искать компромиссы между его безвкусицей и своим профессионализмом. Другое дело – общественные пространства. Там ты сам себе царь и бог. Но было исключение. Если заказчик – близкий друг, Альбина бралась за дело бесплатно. Просто по дружбе, помогая советом и рулеткой.
Тайна первого мужа и встреча у антикварного шкафа
О первой любви Назимовой известно глухо. Мол, был какой-то муж, с которым жизнь не задалась. Имя – тайна, покрытая мраком. Сама Альбина предпочитает делать вид, что биография началась позже. Но факт остается фактом: к моменту встречи с главным мужчиной своей жизни она была разведенной женщиной без особых иллюзий.
А встреча эта случилась в её собственной мастерской. Среди антикварных стульев, запаха мастики и холстов. Туда, в гости к подруге, как-то заглянул Влад Листьев.
Говорят, между ними пробежала искра. Та самая, от которой загораются костры, которые тушат потом годами, а то и всей жизнью. Влад к тому моменту был уже дважды разведенным матерым журналистом, создателем «Взгляда», народным любимцем. Альбина – скромной труженицей кисти и шпателя.
«Ночка» и её главная победа над «зеленым змием»
Отношения развивались стремительно. Листьев, который прошел суровую мужскую школу, в которой награды давали не статуэтками, а стаканами, имел серьезную проблему. Он пил. Не то чтобы валялся под забором, но расслабиться после эфира с помощью горячительных напитков было делом обычным. В его семье это вообще было нормой: отец свел счеты с жизнью, брат умер в 6 лет, горе и радость мерили градусом.
Альбина, которую Влад ласково называл Ночкой, поставила ультиматум. Жесткий. Женский. Она потом в одном из разговоров обмолвилась, что была готова буквально покусать любого, кто выпьет в её присутствии, независимо от того, свой это или чужой. И Влад, к удивлению многих, завязал. Легко и без надрыва. Просто потому, что она так сказала.
В конце 1991-го они расписались. Листьев, наученный горьким опытом двух разводов, сказал тогда: «Это навсегда». И ошибся только наполовину. Для него – навсегда оборвалось 1 марта 1995-го. Для неё – длится до сих пор.
Жизнь в мастерской с унитазом в конце коридора
Идиллия их первых лет была лишена позолоты. Жили они не в хоромах, а прямо там, где и познакомились – в мастерской Альбины. Из удобств – раковина с холодной водой и туалет в конце длинного коридора, общий. Позже перебрались в гостиницу «Останкино», где вечно толкались локтями с коллегами. Потом – к теще.
Первая собственная квартира появилась на Новокузнецкой. Тот самый дом, который позже станет для Альбины проклятым. Именно в подъезде этого дома, когда они уже собирались переезжать в новое жилье, прогремели роковые выстрелы.
Но до этого была жизнь. Полная слухов и сплетен, без которых шоу-бизнес не может существовать. Альбине приписывали роман с каким-то спелеологом, Влада – с её же подругами. Но те, кто знал пару близко, в один голос твердили: они смотрелись как единое целое. Она – его тихая гавань, он – её защита и смысл.
Та самая заставка: как голова философа напугала страну
Мало кто знает, но именно Альбина Назимова приложила руку к созданию одного из самых мистических символов 90-х. Помните ту самую заставку телекомпании «ВИD»? Жутковатая маска, вращающаяся на черном фоне, от которой у детей стыла кровь в жилах, а у взрослых – поднимались волоски на затылке.
Так вот, прообразом этой маски стала керамическая голова, которую Назимова откопала где-то в своих антикварных закромах. Это было изображение древнекитайского философа Хоу Сяна с трехлапой жабой. Альбина посоветовала Владу использовать её как символ. Немного компьютерной графики – и страшилка готова. Говорят, сам Влад потом посмеивался: «Народ боится, а это всего лишь голова умного китайца, которую нашла моя жена».
Слухи, измены и спелеологи: что шептали за спиной
В любом публичном браке, как в болоте, рано или поздно начинают квакать лягушки. Не обошло это и семью Листьевых. Кто-то пустил утку, что у Альбины роман с неизвестным спелеологом (видимо, где-то в пещерах пряталась от славы мужа). Другие шептались, что сам Влад положил глаз на одну из общих знакомых.
Насколько это было правдой – теперь уже не узнать. Ясно одно: детей у пары не было. Спрашивать в лоб о причинах тогда было не принято, да и сейчас неловко. Может, карьера, может, здоровье, а может, просто не случилось. Но то, что они держались друг за друга мертвой хваткой – это факт. Она не раз повторяла позже, что не представляет, как можно было бы пережить те страшные дни без ощущения, что они были настоящей семьей.
Роковой подъезд на Новокузнецкой
1 марта 1995 года. Эта дата врезалась в память каждого, кто застал 90-е. В тот вечер Влад должен был вернуться домой с эфира. Они уже собирались переезжать, квартира на Новокузнецкой опустела, коробки стояли в прихожей. Листьев заехал попрощаться со старым жильем.
Убийца ждал его в подъезде. Выстрел в плечо, контрольный в голову. Почерк киллера. Альбина ждала мужа дома, в новой квартире. Дождалась звонка в дверь. На пороге стояли соседи с побелевшими лицами.
Дальше был ад. Следствие, которое не раскрыто до сих пор. Желтая пресса, поливавшая её грязью: кто-то пустил слух, что сама Альбина заказала мужа. Мотив придумали на ходу – наследство, телекомпания, несчастная любовь. Это было так дико и нелепо, что, казалось бы, любой нормальный человек отмахнется. Но толпа жаждала крови. И Альбина пила эту ложь полными ложками, хоронила мужа, пыталась не сойти с ума и одновременно вникать в дела «ВИDа», которые свалились на её хрупкие плечи.
Андрей Разбаш: любовь после смерти и развод, который убил
Три года она была одна. Три года училась жить без него. Потом в её жизни появился Андрей Разбаш. Друг, соратник, коллега. Он помогал ей с делами телекомпании, консультировал, поддерживал. И однажды Альбина поняла, что не представляет без него жизни.
Они поженились. Альбина наконец-то почувствовала себя женщиной, а не вдовой. В 2004 году, когда Назимовой был уже за сорок, у них родился сын Иван. Казалось бы, вот оно, запоздалое счастье. Но материнство – штука сложная. Альбина с головой ушла в малыша. Андрей, привыкший быть в центре внимания, оказался на обочине.
Сама Альбина потом горько признавалась: «Мы перестали беречь друг друга». В суете пеленок и распашонок куда-то ушла та нежность, что была раньше. В 2006 году они развелись. Инициатором развода стала она. Устала, вымоталась и, наверное, все еще не оправилась от потери Влада настолько, чтобы строить новую идеальную семью.
Разбаш ушел к молодой коллеге Ксении Мишоновой. Разница в 19 лет его не смущала. Но счастье длилось недолго. В том же 2006 году сердце Андрея, подточенное годами стресса и ишемией, остановилось. Ушел из жизни второй мужчина, которого она любила. И снова шепотки: «Это она его разводом убила». Альбина молчала. Что тут скажешь?
Солнце Пиренеев: тихое счастье с гонщиком
Казалось, судьба решила испытывать её на прочность до конца. Три мужа. Двоих похоронила, с одним развелась – и он следом умер. Какая женщина это выдержит? Альбина выдержала. Наверное, потому что внутри неё был тот самый железный стержень, который позволял ей в 12 лет переставлять шкафы, а в 30 – не сломаться под грифом «семейное убийство».
Сейчас Назимова живет в Испании. У подножия Пиренейских гор. В тишине и покое. Рядом с ней – четвертый муж, ресторатор и автогонщик Александр Русинов. Говорят, он – мужчина мечты. Красив, умен, остроумен и без памяти влюблен в свою супругу. Вот уже больше десяти лет они вместе, и это, наверное, самый долгий и спокойный период в её бурной жизни.
Они растят сына Альбины, Ваню. Саша относится к нему как к родному. Его собственный сын от первого брака уже взрослый, тоже гонщик, пошел по стопам отца.
Альбина наконец-то занимается тем, что любит – создает красоту. Но теперь только для себя и близких. Она редко дает интервью. Не потому что прячется, а потому что наговорилась на всю жизнь вперед.
Только иногда, когда солнце садится за пиренейские вершины, а ветер доносит запах моря, она, наверное, вспоминает тот подъезд на Новокузнецкой, смех Влада и голос Андрея. И думает: как же хрупка жизнь. И как важно успеть сказать главное. Вовремя. Тем, кто рядом.
