…Москва, душный август 1961 года. В тесной аудитории Школы-студии МХАТ перед приемной комиссией стоит широкоплечий парень с упрямым взглядом. Он только что вернулся из Воркуты, где махал кайлом. А теперь делает шаг вперед, открывает рот, и стены, кажется, вибрируют.
Четыре года. Четыре раза этот астраханский парень штурмовал театральные вузы. Педагоги смотрели на него с жалостью и раздражением.
Совершенно бесперспективный, — шептали члены комиссии за его спиной.
Мальчик, переболевший в детстве малярией и крупозной пневмонией, сын моряка, ставшего сотрудником НКВД, просто не умел вписываться в чужие системы. Но он умел орать. И в конце концов система сдалась. Его взяли…
Шахтёрская пайка и 20 рублей на свадьбу
Его звали Владимир Меньшов. Он родился 17 сентября 1939 года в Баку. Его отец, Валентин Михайлович, был первым помощником капитана, а затем перешел в НКВД. Семья кочевала: Баку, Архангельск, Астрахань.
Когда в 1957 году он с серебряной медалью окончил школу, Москва его выплюнула. Пришлось идти на завод имени Карла Маркса учеником токаря. А потом была Воркута. Черный от угольной пыли, он рубил породу на шахте «Промышленная». И даже покрутил тут роман с замужней женщиной-редактором, из-за которой его жестоко избили коллеги.
— Домой возвращаться было уже неловко, — признавался он.
Но судьба любит упрямых. В 1961 году он стал студентом школы студии МХАТ. А в 1962-м, на втором курсе, расписался с такой же студенткой, Верой Алентовой.
— У нас было 20 рублей на двоих, бутылка шампанского да жареная курица, — вспоминала Вера Валентиновна. — Мы отметили свадьбу прямо в комнате общежития.
В 1965 году их пути на бумаге разошлись: Алентову взяли в театр Пушкина, а Меньшова по распределению временно отправили в Ставрополь.
Их дочь Юлия Меньшова родилась 28 июля 1969-го. Ее появление на свет пришлось на самый тяжелый период в жизни родителей: Владимир учился в аспирантуре ВГИКа без стипендии и по ночам разгружал хлеб в булочной. А Вера вскоре после родов вернулась на сцену Театра имени Пушкина, так как денег в семье катастрофически не хватало.
Но настоящая разлука ждала их впереди. В начале 70-х, устав от безденежья и московской тесноты, они расстались на четыре года.
— Мы почти четыре года жили врозь, — рассказывала Алентова в студии «Судьбы человека». — Оба пытались построить что-то другое. Но это было фальшью. Мы поняли, что наша система — это только мы двое, и она не работает на расстоянии.
Во время расставания с Верой Алентовой в начале 1970-х годов Владимир Меньшов не скучал — состоял в отношениях с актрисой Людмилой Туевой, которая была моложе его на девять лет.
В 1977 году Туева родила сына Александра, которого называли внебрачным ребенком Владимира. Хотя сам Меньшов отцовство категорически отрицал, называя эти разговоры «чушью».
«Оскар», который остался в Вашингтоне
1980 год. На наши экраны триумфально выходит его самый известный фильм «Москва слезам не верит». Меньшов снял мелодраму по сценарию Валентина Черных, переписав депрессивную историю в гимн всем советским женщинам. Коллеги крутили пальцем у виска: что за дешевка, Володя?
— На нас смотрели, как на создателей третьесортной картины, — усмехался режиссер.
Кстати, на съемочной площадке режиссер был к жене безжалостен: доводил ее до истерик так часто, что рыдающую актрису приходилось утешать всей группе. Но именно эту женщину, которую он мучил на площадке, Меньшов выбрал для главного кинематографического скандала эпохи застоя. Сцена с Алексеем Баталовым, где они, по словам актера, «голые прыгают около кровати», пробивалась через цензуру сантиметр за сантиметром и стала настоящим вызовом советскому ханжеству.
Но на этом режиссер не остановился. Чтобы показать, как Катерина превратилась из робкой девочки в уверенную женщину, Меньшов снял эпизод с Олегом Табаковым — там героиня в порыве страсти срывала с себя платье, а партнер оставался в рубашке и трусах. Цензура встала на дыбы.
— Нет, нет, нет, даже быть не может! — отрезало руководство.
Ходили упорные слухи, что вырезанные метры пленки с той самой «безобразной» сценой до сих пор пылятся в личном сейфе Меньшова, который иногда достает их по вечерам, чтобы в одиночестве пересмотреть запретный плод.
Сцена, где три подруги — героини Веры Алентовой, Ирины Муравьевой и Раисы Рязановой — полуголыми стирают белье под душем, тоже была полностью вырезана из фильма. Причем спасла актрису от «позора» не столько цензура, сколько технический брак пленки.
Ирина Муравьева вспоминала, что съемки этого эпизода были для нее самыми страшными в жизни: она кричала и сопротивлялась до последнего, прикрывая грудь руками, пока Меньшов требовал опустить их. Но в итоге проявка пленки оказалась неудачной, и этот фрагмент просто не вошел в финальный монтаж.
А потом случилось невероятное. 90 миллионов зрителей в СССР и золотая статуэтка Американской киноакадемии в 1981 году. Но Меньшов не поехал в Лос-Анджелес. Не потому, что не хотел.
— Госкино просто не оплатило мне билеты, а я сам считался невыездным, — с горькой иронией говорил он. — Никто не верил, что мы выиграем у Трюффо и Куросавы. Награду забрал атташе по культуре Анатолий Дюжев. Американские журналисты писали, что приз увез сотрудник КГБ.
Своего «золотого рыцаря» Владимир Валентинович впервые коснулся только в 1988 году, на первой церемонии «Ники» в Москве. По воспоминаниям очевидцев, ему хотели дать статуэтку лишь на время, чтобы он подержал её на сцене, а затем вернуть в хранилище. Но Меньшов поступил по-своему: он подержал её, не отдал. И с тех пор «Оскар» хранился у него дома.
Кстати, Владимир Меньшов рассказывал, что примерно половину своего гонорара за «Оскар» за фильм «Москва слезам не верит» он просто пропил. Потратил на развлечения — в кабаки и загулы. Сумма была существенной: режиссёру выплатили 40 тысяч рублей. По тем временам это было целое состояние.
Капроновые изделия и солнечный удар
В 2000 году, когда режиссеру исполнился 61 год, он снял картину, которая разделила зрителей надвое. «Зависть богов». История страстного романа советской редакторши ТВ и французского переводчика в 1983 году. Главную роль играла уже 58-летняя Вера Алентова, которой по сценарию пришлось не раз на экране раздеться.
В прессе поднялся шквал. Мол, как же так можно — пожилой даме разоблачаться на экране перед всей страной! Как мог такое ее же муж снять! Сплетни даже утверждали, что в откровенных сценах вместо Алентовой снималась ее дочь, Юлия Меньшова.
Сама Вера Валентиновна, смеясь сквозь слезы, жаловалась на советскую стыдливость:
— В колготках отвратительно заниматься любовью! Мы же в капроновых изделиях там всё это играли. Жутко неудобно!
Но Меньшов хотел снять не пошлость, а «амок» — ту самую внезапную, испепеляющую страсть, о которой писал еще Стефан Цвейг. И даже позвал самого Жерара Депардьё, чтобы придать истории по-настоящему европейский лоск. Но часть зрителей оказалась не готова к тому, что их кумир, создатель душевных мелодрам и эксцентричных комедий, снимет такое взрослое, горячее кино.
Маршал Жуков и последняя осень
Он никогда не сидел без дела. В том числе, как актер. В девяностые и нулевые Меньшов сыграл Гесера в «Ночном дозоре», маршала Жукова в «Ликвидации» и даже президента России в собственной эксцентрической комедии «Ширли-мырли». Он возглавлял Общественный совет при ФСИН и мастерскую во ВГИКе.
В 2012 году, прожив вместе 50 трудных, но счастливых лет, Владимир и Вера обвенчались. Однако лето 2021 года стало для них роковым. Коронавирус. Красная зона больницы в Коммунарке.
— Я очень попросила врачей позволить мне пройти в реанимацию, — со слезами вспоминала дочь Юлия. — Я привезла папе уху из ресторана. Он был в сознании, но под маской. Узнал меня, взял за руку и спросил, что я привезла. Это был последний его вопрос…
Этот человек прошел путь от шахтерского забоя до Голливуда, так и не ступив на его землю. Он снимал кино про нас — нелепых, смешных, пьющих, любящих. Он научил нас верить, что в сорок лет жизнь только начинается.
А ты смог бы простить человеку, которого любишь больше жизни, четыре года разлуки, чтобы потом встретить его на пороге и больше никогда не отпускать?
