В далеком 1977 году девятнадцатилетний студент ГИТИСа Сергей Насибов проснулся знаменитым после премьеры культовой ленты «Школьный вальс». Его тихая, застенчивая улыбка, мягкая робкая поступь и искренний взгляд с легкой поволокой пронзили сердца зрителей по всей стране. Мало кто догадывался, что экранная история окажется пророческой: жизнь самого актера закрутится в такой же сложный, полный искушений, ошибок, побегов и осознания упущенного сюжет, финал которого он напишет уже в зрелые годы.
Солнечное детство на берегу Черного моря и тбилисские дворы
Будущий кумир советской молодежи появился на свет в курортном Сухуми в самом начале лета 1958 года. В его жилах бурлила яркая южная кровь: корни актера уходили в богатую культуру Грузии. Семья была интеллигентнейшей. Отец, Александр Сергеевич, посветил жизнь закрытой науке, трудясь физиком-ядерщиком на секретном производстве. Мама, Аида Сергеевна, обладала изысканным вкусом искусствоведа и даже написала книгу о бесценных сокровищах Московского Кремля. Позже Сергей с теплотой вспоминал, как мама учила его подмечать красоту в самых привычных мелочах, развивая тонкое эстетическое восприятие мира.
Летние каникулы неизменно уносили мальчика в гостеприимный Тбилиси, к дедушке. Там, на уютной улице Грибоедова, протекало его беззаботное детство. Любопытно, что в соседних дворах рос мальчик по имени Бадри Патаркацишвили, которому судьба уготовит совершенно иной, колоссальный масштаб в мире большого бизнеса. Школьные годы запомнились Сереже участием в самодеятельности. Он выходил на сцену с легким замиранием сердца, но без тени страха. Огромным счастьем было то, что родители никогда не давили на него. Они предоставили сыну полную свободу выбора, просто наблюдая за тем, к чему тянется его тонкая творческая натура.
Первые шаги, студенческая любовь и триумф в «Школьном вальсе»
Окончив школу, юноша уверенно шагнул в стены ГИТИСа, попав на курс к легендарной Ирине Судаковой. Студенческая жизнь щедро делилась на задорные поездки «на картошку», лекции и первые романтические искры.
Именно в такой неформальной обстановке Сергей познакомился с Екатериной Дуровой — хрупкой, талантливой девушкой, чей отец, знаменитый Лев Дуров, уже был легендой советского экрана. Между молодыми людьми вспыхнуло сильное чувство.
Очень скоро Екатерина поняла, что ждет ребенка. Никакой паники или растерянности не возникло: будущая актриса с улыбкой вспоминала, что штамп в паспорте казался им делом второстепенным, главное — на свет должен был появиться малыш. В 1979 году родилась дочка Катя. Жили скромно, ютились в студенческом общежитии ГИТИСа, где Екатерина умудрялась играть в учебных постановках вплоть до самых родов, шутя, что свой дипломный спектакль отыграла за неделю до появления крохи на свет.
Параллельно с бытовыми хлопотами в жизнь Насибова ворвалось кинематографическое чудо. Режиссер Павел Любимов придирчиво искал исполнителя главной роли в картину «Школьный вальс» и неожиданно утвердил девятнадцатилетнего первокурсника, у которого за плечами не было ни грамма профессионального опыта. Спасала лишь природная органика и абсолютная искренность. На площадке неопытному парню пришлось нелегко: с одной стороны — собственная зажатость, с другой — уже сияющая звезда советского кино Елена Цыплакова. Сергей искренне робел перед ней, но Цыплакова проявила удивительное благородство. Она мягко поддерживала партнера, подсказывая, как правильно держать паузу, куда направить взгляд и как справиться с волнением.
Любопытно, что в этом же фильме крошечную роль медсестры сыграла и законная супруга Сергея, Екатерина Дурова. Лента произвела эффект разорвавшейся бомбы, превратив Насибова в кумира миллионов советских школьниц. Однако сам актер относился к своей звездной роли весьма прохладно. Позже он признавался, что избегает пересматривать фильм: уж слишком много там обнаженной, незащищенной юности, которую он предпочел бы оставить за кадром. Увы, стремительно обрушившаяся слава подточила фундамент молодой семьи. Бесконечные репетиции, гастроли и съемки оставляли все меньше времени друг для друга. Студенческий брак исчерпал себя довольно быстро, оставив за собой лишь светлую грусть и общие воспоминания.
Бурный роман с Натальей Гундаревой: наотмашь и без оглядки
После получения диплома двери распахнул прославленный театр имени Маяковского. Там судьба свела Сергея с женщиной, способной затмить собой любое солнце, — блистательной, темпераментной и несравненной Натальей Гундаревой. Поначалу именитая актриса смотрела на смазливого дебютанта снисходительно, бросив однажды едкую фразу: «Ты здесь исключительно за свою красоту!».
Но за защитной броней скрывался глубокий внутренний мир, который вскоре покорил сердце примадонны. На гастролях в Болгарии Гундарева настояла на том, чтобы ее номер перенесли поближе к комнате Насибова. Так начался один из самых ярких, страстных и мучительных романов советской богемы.
«Она была на голову выше во всех смыслах — умнее, сильнее, опытнее. Мне было безумно страшно, но в то же время невероятно счастливо», — откровенничал актер годы спустя. Отношения напоминали вулкан: оглушительные скандалы сменялись не менее бурными примирениями. В порыве ревности или гнева Наталья могла собрать немудреный скарб возлюбленного, завязать вещи в махровый халат и решительно выставить за дверь. Спустя пару дней раскаявшийся Сергей покорно возвращался с тем же узелком в руках.
Этот эмоциональный марафон длился три года. Позже Насибов с горечью признавал собственную легкомысленность: он был слишком молод, ветрен и не сумел уберечь подарок судьбы. Мудрость бывшей жены, Екатерины Дуровой, проявлялась в том, что она философски относилась к этому союзу, признаваясь, что на месте Сергея отдала бы все на свете за возможность находиться рядом с такой великой женщиной, как Гундарева.
Заокеанский виток: между свободой и ностальгией
Конец восьмидесятых принес в отечественный театр атмосферу надлома и опустошения. Не стало выдающегося режиссера Анатолия Эфроса, чей уход Сергей воспринял как личную трагедию. Он своими руками вместе с другом выносил тело мастера из квартиры и тогда отчетливо понял: прежний мир рухнул, а частица его души безвозвратно умерла вместе с учителем. Оставшись на перепутье, в 1988 году актер принимает дерзкое решение круто изменить жизнь и улетает в Соединенные Штаты.
Начался тяжелый период адаптации. Вдали от родины вчерашний кумир советских зрителей брался за любую работу: продавал автомобили, управлял спортивным клубом, а чуть позже стоял у истоков создания популярной фитнес-концепции, перекочевавшей в Россию. Попробовав себя в риелторском бизнесе, он обрел относительную стабильность, женился на соотечественнице-эмигрантке Ветте, у них родилась дочь Анастасия. Жизнь за океаном дала долгожданное чувство свободы, но безжалостно отобрала то, ради чего он дышал, — сцену и театр. Изредка Сергей все же возвращался к любимому делу, снимаясь в голливудских боевиках вроде «Руслана» со Стивеном Сигалом, а также погрузившись с головой в живопись, которая стала его тихой отдушиной.
Возвращение домой и тихая мудрость зрелых лет
В 2010 году, после развода с второй супругой, Сергей Александрович принял окончательное решение вернуться в Россию. Родные пенаты встретили его сдержанно. Он несколько лет выходил на сцену РАМТа, появлялся в заметных телевизионных проектах, таких как «Спящие» и «Чужая дочь», но все больше душевных сил отдавал холсту и кисти. «Я устал доказывать окружающим, что я в первую очередь драматический артист. Теперь я просто наблюдатель, человек, который научился глубоко видеть», — делился он в редких интервью.
Судьба приготовила ему трогательную встречу из прошлого. Спустя много лет зайдя в московский ресторан, он вновь столкнулся лицом к лицу с Натальей Гундаревой. К их столику робко приблизилась пожилая женщина, дрожащими пальцами протянула блокнот и попросила автограф… но не у легенды экрана, а, как она сама наивно выразилась, у «своего любимого Гоши из «Школьного вальса»».
Сегодня за плечами Сергея Насибова богатейший багаж из взлетов, разочарований, яркой страсти и заокеанских странствий. Он предпочитает вести уединенный, размеренный образ жизни в столице, целиком посвящая себя живописи и передаче актерского мастерства молодому поколению, изредка навещая за океаном взрослую дочь Анастасию. И глядя на его умиротворенное лицо, понимаешь: самый главный жизненный урок этот талантливый человек усвоил безупречно — подлинное счастье не нуждается в громких аплодисментах, оно любит тишину.
