За что Мария Аронова чуть не ударила прославленного народного артиста СССР
Материнский инстинкт — это страшная и созидательная сила. Когда речь заходит о защите собственного дитя, для любой нормальной женщины в одну секунду перестают существовать чины, звания, авторитеты и карьерные риски. Пересматривая на днях колоссальное интервью Марии Ароновой, которое вышло у Юлии Меньшовой больше двух лет назад, я наткнулась на эпизод, который заставил меня содрогнуться.
Мы привыкли боготворить советских актеров, прощать им любые слабости за их великий талант. Но Аронова, не побоявшись гнева театральной тусовки, сорвала маску с одного из самых почитаемых мэтров — Владимира Этуша. И то, что открылось за этой маской, вызывает лишь горькое разочарование.
Небожитель театра и мать-одиночка
Чтобы картина была полной, давайте вспомним, кто есть кто в этой истории. Владимир Абрамович Этуш — это глыба. Народный артист СССР, ветеран, многолетний ректор Щукинского училища. Зрители обожали его товарища Саахова и Карабаса-Барабаса. В родном театре имени Вахтангова он был настоящим небожителем, перед которым трепетали все: от монтировщиков до худруков. Ему нельзя было перечить, его крутой и тяжелый нрав терпели как данность.
Мария Аронова в те годы — хоть и восходящая звезда театра, но в жизни — обычная замученная женщина. Она воспитывала своего старшего сына Владика совершенно одна. Как и многим работающим матерям, у которых нет ни нянь, ни богатых спонсоров, ей приходилось таскать гиперактивного мальчишку с собой на работу. Ребенок рос за кулисами.
Забытый текст и детский страх
Сам безобразный инцидент произошел на прогоне спектакля. По театральному этикету, если народный артист забывает текст, сцена должна замереть. Никто не имеет права ему подсказывать или перебивать — все ждут, когда мэтр соберется с мыслями. Этуш текст забыл. Возникла пауза.
И вдруг, вместо того чтобы признать свою профессиональную оплошность, разъяренный мэтр нашел идеального «козла отпущения». Его взгляд упал в оркестровую яму, где тихо, как мышонок, сидел маленький сын Ароновой — Владик. Мальчик ничего не ронял, не шумел, он просто там сидел. Но Этушу нужно было на кого-то выплеснуть раздражение. Как вспоминает актриса, прославленный мэтр, словно настоящий Карабас-Барабас, пошел на ребенка с выставленным пальцем, громко обвиняя малыша в том, что тот мешает ему играть комедию!
От животного ужаса перед нависающим, орущим стариком ребенок физически обмочился прямо в оркестровой яме.
Представляете состояние матери? Большинство актрис на месте Ароновой втянули бы голову в плечи, умоляли бы мэтра о прощении, лишь бы не лишиться роли и не попасть в немилость к ректору. Но Мария сделала то, что обязана сделать каждая мать. Она вылетела на сцену, одной рукой выхватила плачущего, мокрого сына из ямы, а другой рукой жестко перехватила руку народного артиста СССР. Развернув Этуша к себе, она заорала на весь зал: «Не смейте орать на моего ребенка!» После чего развернулась и унесла мальчика за кулисы, сорвав репетицию.
Сорванные маски и круговая порука
Знаете, что в этой истории самое страшное? Не то, что пожилой актер сорвался. Страшно то, как эта система годами покрывала самодурство. Режиссер спектакля потом кричал на Аронову, называя ее «сумасшедшей» за то, что она посмела осадить Этуша. В театральной среде десятилетиями культивировался уродливый миф: если человек — гений, ему дозволено унижать беззащитных, издеваться над прислугой и орать на чужих детей.
Но гениально сыгранная роль не дает индульгенции на подлость. Настоящий масштаб личности проверяется не тем, как громко тебе хлопают в партере, а тем, как ты ведешь себя с теми, кто слабее тебя и не может ответить. Этуш не нашел в себе смелости сорваться на взрослого партнера, он выбрал для своего унизительного спектакля дрожащего ребенка.
И огромная честь Марии Ароновой, что она не прогнулась перед «звездным авторитетом», выбрав защиту сына, а заодно узнала старшего коллегу совершенно с другой стороны — когда она под давлением руководства пришла извиняться и, не сдержавшись, снова накричала на Этуша, за закрытой дверью она услышала его громкий вовсе не злой смех. Неожиданно, правда?
К счастью, та безобразная выходка мэтра не сломала мальчику психику и не отбила любовь к искусству — во многом именно благодаря тому, что мать вовремя встала на его защиту железобетонной стеной. Сегодня Владислав Ганюшкин — взрослый, состоявшийся мужчина. Он пошел по стопам прославленной мамы, тоже окончил Щукинское училище и, по иронии судьбы, теперь служит в том самом театре имени Вахтангова!
Владислав прекрасно выглядит (взял себя в руки и серьезно сбросил лишний вес), счастлив в браке и уже сделал Марию Аронову бабушкой, подарив ей чудесную внучку Антонину. Владимиру Этушу давно аплодируют на небесах, а эта давняя история осталась лишь доказательством главного жизненного правила: никакая выходка чужого взрослого не оставит на ребенке глубокой травмы, если он твердо знает, что мама в обиду не даст.
А как вы считаете, дорогие читатели? Оправдывает ли великий актерский талант жестокость по отношению к детям, и правильно ли поступила Аронова, не посмотрев на статус кумира?
