«Трактир на Пятницкой» — о МУРе, дворянской чести и хорошем воре

Детектив «Трактир на Пятницкой» (1978) был снят на волне всеобщего ретро-увлечения. Тогда были актуальны водевили, мюзик-холлы, соломенные шляпки да небесные ласточки.

А ещё – романсы, антиквариат и поддельный Фаберже. Границей ретро обозначались неоново-нейлоновые 1960-е, а всё, что до этого, включая Фестиваль-57 и очарование ландышей-ландышей из популярной песенки относили к ретро.

В 1970-начале 1980-х создавали милицейские (и чекистские) сюжеты о старинных временах, где изображение подвигов и товарищей в кожаных куртках вполне сочеталось с лёгкой ностальгией по дамским шляпкам и самому понятию «трактир».

Обычная фабула советского детектива отличалась от «классики» тем, что зритель с самого начала знал, кто – преступник, и задача автора – показать работу милиции.

Интриги, как таковой, нет и наши детективы больше напоминали боевики. «Трактир на Пятницкой» интересен ещё и тем, что в нём как раз присутствует интрига, но опять же – своеобразная.

Мы только в самом конце узнаём, кто же из двух Мишелей / Михаилов был внедрённым в банду агентом угрозыска. Причём, сделано так, что мы наивно путаемся. Ибо герой Николая Ерёменко – благороден, а персонаж Льва Прыгунова – явный пoдонoк.

Один выглядит, как человек чести (хотя, увы, и в банде) второй – стопроцентный моральный урод (в банде – вполне естествен). Но… всё сложнее…

Оба – этакие барчуки, царские офицеры и даже друзья детства. Но один – наш и вовсе не тот… Ещё одна «изюминка» фильма – это акцент на благородном происхождении, как «своих» и «чужих». Показателен диалог между Рюминым-Цыганом и аристократичным следователем.

Бывший белогвардеец находит ситуацию абсурдной: перед ним такой же дворянин, требующий, чтобы его называли гражданином, а не господином.

В 1970-е годы сделалось модно искать у себя дворянские корни и – гордиться ими. Классовая суть никого уже не волновала и как-то само собой вспомнилось, что всё советское, включая сам СССР – креатура дворянина Ульянова, а ЧК — детище шляхтича Феликса.

В «Трактире…» мы наблюдаем, как по-разному сложились судьбы побеждённых «патрициев» — одни работают в угрозыске, другие – тусуются в бандах, третьи, как спившийся штабс-капитан Гремин (пронзительная игра Глеба Стриженова) – бацают на гитаре нэпманам за три рубля.

И, конечно, великолепна певица Варя (красавица Лариса Ерёмина потом уехала в США и это – отдельная лав-стори).

Варя депрессивно тоскует по тем чудесным временам, когда она, будучи дерзкой и красивой гимназисткой, …ужасалась, что у неё будет размеренная жизнь в поместье, где она будет варить варенье.

К слову, типично-барское занятие – госпожа всегда сама делала заготовки. И вот её мечта исполнилась – ни варенья, ни детей, ни скучного мужа. Только – эффектные выходы в кабаке, «интересные», фартовые люди в зале и никакой размеренности.

Это – насчёт того, что желания сбываются. Всегда. Но – как! Особая линия – вор Пашка-Америка. Потрясающий «бенефис» Александра Галибина, который одинаково хорош в ролях жуликов и – людей чести, интеллектуалов.

Здесь – всё и сразу. Пашка – великий щипач, но у него есть ум и душа. Роман с деревенской девушкой Алёной (многогранная Марина Дюжева) творит чудеса.

Когда я впервые смотрела фильм, я думала, что Америка пойдёт служить в милицию, но авторы (в книге — тоже) смазали финал – он всего лишь уезжает с Алёнкой, пообещав проститься с «прибыльным бизнесом» навсегда.

Какая роскошная Тамара Сёмина в роли дамочки-главаря! Настоящая кобра. Вообще, наши артисты почти никогда не застывали в затверженных амплуа – им постоянно доставались то парторги, то короли, то преступники.

Этот фильм – главный «соперник» любимого телефильма о «Месте встречи…» (1979), а в конце 1970-х «Трактир» казался даже чуть круче. Созданные почти одновременно, они схожи по духу и ощущениям (жестокая и крутая банда и — внедрение в неё).

Но сериал всё же выиграл многолетнее соревнование – благодаря Высоцкому-Жеглову, разумеется… Тогда как в «Трактире» самым харизматичным героем оказался вор-Америка.

Оцените статью
«Трактир на Пятницкой» — о МУРе, дворянской чести и хорошем воре
Платья для Анастасии